Вдруг луч фонарика выхватил на стене, чуть выше стула, выцарапанные кривые буквы.
– Ого… – выдохнул Алексей и прочитал вслух: – «Батюшка, почто сгубил нас с матерью?»
Рада и Алексей переглянулись. По коже побежал мороз.
– Это… это явно написано рукой Елены, – прошептала Рада. – Значит, князь и правда заточил дочь в темницу, а потом… Что он сделал с ней потом, Лёш?
– Казнил, – тихо ответил он. – Ведь он написал, что уготовил дочери такую же участь, как и ее матери: сначала темница, а потом и смерть.
– Какой мрак… – прошептала Рада.
Она всю жизнь изучала историю, но никогда история не была настолько близко, что к ней можно было прикоснуться и ощутить весь ужас разыгравшейся когда-то трагедии.
Алексей посветил фонариком по стенам, но, кажется, в подземной темнице больше не было ничего примечательного.
Внезапно ему показалось, что одна из стен откидывает кривую тень на пол. Подойдя к ней, он вдруг воскликнул:
– Вот это да!
– Что там? – спросила Рада, подходя к Алексею.
Но она уже и сама видела, что за выпирающей частью стены образовался узкий ход.
– Пойду проверю, – сказал Алексей, ступая внутрь.
– Я с тобой!
Собственный голос показался Раде истеричным – ей было страшно остаться хотя бы на минуту одной здесь, где, видимо, провела свои последние дни княжна Елена.
Под ногами шуршал мелкий, осыпавшийся камень. Проход оказался коротким, и уже через мгновение Алексей остановился.
Они оказались в такой же каменной келье, как и предыдущая, только раза в три меньше.
Фонарик в руке Алексея дрогнул, когда его луч выхватил из темноты очертания чего-то странного.
– Что это? – прошептала Рада.
Алексей направил свет прямо на находку.
Перед ними сидел скелет, частично прикрытый истлевшей одеждой. Длинные волосы все еще сохранились, они были спутанными и грязными, но даже в полумраке можно было разглядеть, что когда-то они имели светлый оттенок.
– Боже мой… – выдохнула Рада и прикрыла рот ладонью, заглушая рвавшийся наружу крик.
Они увидели, что в стене, выше головы скелета, прямо в камень было вделано железное кольцо, от которого к запястью скелета тянулась ржавая цепь.
– Вот как погибла княжна Елена, – прошептал Алексей.
Он шагнул к находке и опустился рядом. Заметив, как в костлявых пальцах блеснуло что-то, Алексей осторожно, чтобы не повредить останки несчастной, умершей такой дикой смертью, вытянул цепочку с медальоном.
– Рада, смотри, – позвал он, и Рада приблизилась к нему, наклоняясь, чтобы лучше рассмотреть находку.
Вдруг позади них послышался глухой грохот. В ужасе Алексей и Рада обернулись и увидели, как узкий проход, по которому они попали в этот каменный мешок, начинает заваливать камнями, которые сыпались с обрушающегося потолка.
Они, не сговариваясь, ринулись к нему, но было слишком поздно. Откуда-то сверху отвалился камень, и Рада, почувствовав удар, упала.
Рядом вскрикнул Алексей. Фонарик из его руки вылетел и погас…
Глава 50
Рада пришла в себя и закашлялась. Пыль забила горло, нос и даже глаза. Кое-как протерев их рукавом кофты и наконец открыв, Рада поняла, что ничего не видит.
Тело ныло, особенно голова, в которую угодил камень, из-за чего Рада споткнулась и упала.
Сначала она подумала, что не только ослепла, но и оглохла – такая была тишина. Но потом услышала собственный хриплый шепот:
– Лёша?
Голос прозвучал глухо. Никто ей не ответил.
Поняв, что она не ослепла, а это фонарь, который уронил Иволгин, погас, Рада позволила себе облегченно выдохнуть.
– Лёш? – снова позвала она, но ответа опять не получила.
Рада осторожно потянулась рукой к карману. Пальцы нащупали телефон. Она нажала на экран, и тот, слава богу, засветился. Через секунду фонарик озарил окружающее ее пространство.
Свет выхватил из темноты очертания каменных стен, обломки породы, около которых она и упала, а сбоку… Пустыми глазницами на нее смотрел скелет женщины. Раде казалось, что он улыбается и насмехается над ней.
Рада ойкнула, когда где-то за ее спиной, внутри заваленного прохода, по которому они пришли сюда, посыпалась каменная крошка.
Наконец-то поднявшись на ноги, Рада посветила в другую сторону. Сначала она увидела потухший фонарь, а рядом с ним неподвижную руку Алексея.
– Лёша! – громче позвала она, но он не пошевелился.
Иволгин лежал неподвижно, голова его была повернута в другую сторону. Когда Рада, обойдя его, опустилась рядом с ним на колени, то увидела слипшиеся от крови волосы. Сердце от страха забилось так быстро, что удары отдавались на языке. Ей не хватало воздуха.
– Лёша, очнись. Очнись, прошу тебя… – пробормотала она. – Алексей, очнись!
Рада трясла его, звала, кричала, пока голос не задрожал, а глаза не наполнились слезами. Она положила голову Алексея себе на колени и гладила его по лицу, закрыв глаза и приговаривая:
– Только не умирай… Ладно? Не оставляй меня одну. Только не здесь. Мы же еще не все тайны разгадали, Иволгин!
И вдруг Рада услышала хриплый голос:
– Обычно принято возвращать к жизни поцелуем.
Рада распахнула глаза и уставилась на смотрящего на нее Алексея. Затем с облегчением она выдавила:
– Иволгин, ты, как всегда, в своем репертуаре!