Рада с сожалением посмотрела в сторону усадьбы. Дома отсюда видно не было, но она слишком хорошо теперь его знала и могла мысленно восстановить очертания большого каменного крыльца, пристройки, величественных окон первого этажа. После того происшествия в подземелье они с Алексеем провели здесь долгие дни, разбирая найденную документацию в архивах Хворостиных и пытаясь сложить все пазлы в своей истории. Раде было жаль, что такое старинное, такое красивое место так и не будет восстановлено и останется и дальше увядать.
Через несколько минут Рада и Алексей остались вдвоем. Они шли вдоль заброшенного участка кладбища, где из земли торчали старые надгробия и кресты, где росли старые березы да высокая трава.
– Знаешь, – начала Рада, – я кое-что нашла в архивах. Про Щетининых.
Алексей повернул к ней голову:
– Что именно?
– Ну, мне было очень интересно, когда эти два рода соединились. Если не через Елену, то значит, позже…
– Значит, ты полезла раскапывать семейное древо?
– Два семейных древа, – кивнула Рада. – И обнаружила, что у князя Хворостина, того самого, который сгноил первую жену, мать Елены, в темнице, были еще дети. В общем-то, это было понятно и из списка имен в семейной Библии, которую мы нашли здесь, в доме.
– И что же ты нашла?
– В одна тысяча семьсот девяносто пятом году Наталья Хворостина вышла замуж за Дмитрия Щетинина. Того самого, которого хотели сосватать Елене.
Алексей присвистнул:
– Правда?
– Зачем бы мне такое придумывать? – возмутилась Рада. – Видно, князю Хворостину очень хотелось породниться с Щетиниными. Не сосватал одну дочку, так отдал Щетинину вторую.
– Выдал дочь за старого пердуна, – хмыкнул Алексей.
– Можно и так выразиться. Наталье на момент свадьбы было двадцать, а вот Дмитрию чуть за сорок. Князь Павел Андреевич Хворостин скончался в том же году от удара. Имение перешло к его сыну Павлу. Это была прямая ветвь рода, которая угасла во время революции. А вот Щетинины сумели покинуть Россию и эмигрировать в Европу.
Алексей задумчиво посмотрел вдаль.
– Как интересно переплетаются людские жизни…
– Знаешь, я ведь еще кое-что нашла в архивах. – Рада посмотрела на него горящими глазами.
– Рассказывай, не томи, – засмеялся он.
– Я провела три месяца в архивах почти безвылазно. Как ты говоришь, полезла копаться в пыльных бумажках, но ни разу не пожалела. Я понимала, что найти Елену будет сложно, а вот Алексея Гаврилова…
– Еще сложнее.
– Да, но была одна зацепка. Он ведь был вольным человеком. Кузнецом, причем очень умелым кузнецом. И я подумала: должна ведь быть какая-то информация, при условии, конечно, что они с Еленой выжили…
– И что ты нашла?
– Кое-что невероятно интересное. В тысяча семьсот девяносто шестом году некто Алексей Гаврилов, кузнец, родом со Смоленщины, получил благодарность от самого императора Павла I за работы по изготовлению уникальных кованных бронзовых часов для его второй жены, императрицы Марии Федоровны. Более того, я нашла дарственную. Императрица пожаловала Алексею Гаврилову и его жене подмосковное имение, в котором они и стали жить большим и дружным семейством.
– А жену звали…
– Елена, Лёш, Елена.
Он остановился и с удивлением посмотрел на Раду.
– Думаешь, это они?
– Вряд ли в те годы было два умелых вольноотпущенных кузнеца, носивших одно и то же имя, – весомо заметила Рада.
– Значит, все это ты узнала из архивов?
– Ага, из бумажек, которые ты так презираешь, – растянулась Рада в улыбке.
– Ненавижу архивы, – сказал Алексей.
– Почему?
– Потому что ты три месяца от меня пряталась, Рада.
– А ты что, меня искал? – Она опустила глаза.
– Искал и звонил, но кое-кто не брал трубку.
– Ну… Я потеряла счет времени. Углубилась в историю…
Рада покраснела и, не смея поднять глаз на Алексея, медленно пошла дальше.
Они молча вышли с кладбища и, пройдя еще несколько сотен метров, оказались у склепа.
– Как ты думаешь, кто пытался нас завалить камнями в подземелье? – спросила она, чтобы не молчать.
– Скорее всего, это был дух князя Хворостина. Он так и не смог отпустить свою дочь. Думаю, он и после смерти был немного чокнутым.
– Мы упокоили мать Елены, – сказала Рада. – И Софья, думаю, тоже больше не появится в этих местах. А что насчет князя?
– Не уверен, – ответил Алексей. – Возможно, его душа до сих пор не нашла покоя. А может, наоборот, после того как мы раскопали его грехи, он канул в Лету.
– Наверное, ты прав. Но я рада, что мы это сделали. Узнали все до самого конца.
Они вышли к липовой аллее и остановились у машин, готовясь уезжать.
– И что теперь? – спросил Алексей, улыбаясь. – Госпожа историк, какие планы на ближайшее будущее?
– Мне предложили реставрировать старинную усадьбу в Подмосковье, – ответила Рада. – Думаю, возьмусь за эту работу.
Алексей приподнял бровь:
– В Подмосковье?
– Да.
– Предложили?
– Ну… Отчасти я сама себя предложила, – призналась Рада.
– Значит, я правильно понял. Та самая усадьба, подаренная императрицей?
– Та самая, – кивнула Рада и посмотрела на Алексея.
Алексей рассмеялся:
– Что ж, встретимся там.
– Ты издеваешься? – фыркнула Рада удивленно.