– Я впервые принимаю в себя воспоминания пробудившегося сородича, – сказал Гор, нежно гладя её по растрепавшимся влажным волосам и обнаженной белой спине, – Такого еще не случалось со времен создания нашего мира. В одно мгновение я обрёл не только эти знания, но и возможность быть с тобой. Это удивительное чувство, лада, я будто наконец-то стал единым целым! Единым целым с тобой.
– Я тоже, мой волк, – устало улыбнулась девушка, – Но до сих пор не могу поверить, что такое могло произойти именно с нами, – через мгновение она вздрогнула от болезненной судороги, пронзившей её, – И эта боль, Гор… Моё тело словно разрывается на мелкие кусочки.
– Твоё человеческое тело меняется, приспосабливаясь к новой сущности оборотня. Твоей крови стало в несколько раз больше, изменилась твоя кровеносная система, видоизменились твои внутренние органы. Ты стала другой – прими это, – он посмотрел в её глаза, в которых появился новый блеск белого огня в темноте зрачков, – Даже Я, зная КТО я, очень тяжело пережил начальный период своего обращения. – Он ухмыльнулся, глядя в сторону, – Медведю с ведьмой пришлось несладко со мной. Они едва сдерживали мои инстинкты, пока я не смог их обуздать.
– Я чувствую голод. Понимаешь? – Мирру смущало, что она об этом говорит, но она не могла контролировать себя, – Безудержный всепоглощающий голод, – она судорожно вздохнула.
Гор, понимающе кивнул головой, и растянулся на сырой земле, заложив руки за затылок.
– В моё время Ягги не выдержала моего поведения и отправила меня к лесным Наядам. Откуда я вернулся лишь спустя десять рождений луны, – на лице волка заиграла лукавая улыбка, – Я был очень молод и лишь вошел в тот возраст, когда мне понадобилась впервые женщина. И тут меня настигло первое обращение, – он притянул к себе сопротивляющуюся Мирру, демонстративно не обращая внимания на то, что ей не понравились рассказы о жизни с Наядами.
– Я помню этот голод волка. Я ненавидел берсерка в себе. И спрятал его глубоко внутри. Но он проснулся вновь, когда я пролил кровь на Лиловом Поле. Я помню, как прижимал тебя к тому несчастному дереву, которое чуть не вспыхнуло от моей страсти к тебе. Я едва смог обуздать себя, когда после своего перерождения ты буквально упала в мои объятия в доме Yauh, – он провел нежно пальцами по мерцающим лиловым узорам на её бедрах, буквально поглощая их глазами, – Такая жаркая и такая беззащитная.
Гор резко перекатился, подмяв её под себя и сдерживая её запястья за спиной. У самого уха он прошептал ей:
– Я утолю наш голод, моя волчица. Лишь прошу, не пытайся его сейчас контролировать. Отдавайся этому пламени.
Вдруг земля под ними содрогнулась, и молнии яркими вспышками прошили темноту ночи.
Практически бессознательно волчица обрела звериный облик и посмотрела на своего волка. Звери возвышались над землей статными зверями. Они были истинными хозяевами этой степи и этих гор. Тьма на западе сгустилась багровыми клочьями.
– Мы должны вернуться в замок, – услышал волчица зов вождя и, повинуясь, помчалась за ним, попутно вдыхая пряный запах трав лета. Лета, которое ступило на эту землю и расцветало яркими красками.
Аида приземлилась уже далеко от того места, где происходило сражение волков с фуриями. Грифон припал на одну лапу, поджав раненую, и завалился на бок. Жрица, вылетев из своего седла, покатилась по свежей траве, царапая плечи и щеки о колючий кустарник. Застонав, Аида отползла к ближайшему дереву, упершись в него спиной. Бедро, раненное Тенью, горело жгучим огнем, будто разъедая изнутри. Эта девчонка нарушила все её планы, но эта война еще только началась.
Грифон хрипел и не желал подниматься. Аида отбросила со злостью плетку с шипами, понимая, что животное не подчинится ей уже. Она не была готова к такому повороту событий. Последней её возможностью вернуться в Храм был портал, для открытия которого требовался ритуал. Но Аида никак не могла сосредоточиться из-за ран.
Она давно не испытывала обычной человеческой боли и это сбивало её с толку. Истекая кровью, бледнея и теряя последние остатки сил, жрица чертила на дереве своей же кровью знаки для открытия портала. Вдруг среди деревьев она заметила мелькающие тени. Синяя амальгама портала засверкала, озаряя полянку магическим свечением. Но когда Аида дотронулась до его поверхности, то вместо того, чтобы поглотить её, портал с яркой вспышкой обжег ей руки и отбросил от себя, захлопнувшись.
– Нееет! – закричала жрица, упав на колени. – Этого не может быть! – застонала она, вырывая в бессильной злобе траву с корнями под своими ногами, – Кто-то предал меня...
Портал в Храм был под защитой, но её должны были пропустить... Что-то пошло не так.
