— Милая девочка, хватит на сегодня, завтра потолкуем. Сейчас надо спать.
Когда их шаги стихли у дверей спальни Римы, по щекам Ратти побежали крупные слезы.
Засыпая, она хотела вспомнить хоть одно лицо, хоть одно имя — вспомнить и позвать этого человека. Но все лица, которые возникали в ее памяти, были как бы не в фокусе — расплываясь, они беспорядочно мельтешили перед ее глазами, превращаясь в едва различимые в потоке времени пятна.
Держа Куму на руках, Ратти спустилась к теннисному корту. Ноги сразу же увязли в глубоком снегу. Присев на корточки, она поставила малыша на землю и принялась обеими руками лепить большой снежный ком. Куму, улучив момент, набрал полную горсть снега и отправил его себе в рот.
— Нельзя, Куму, нельзя! Плюнь сейчас же!
Малыш тут же проглотил снег и довольно заулыбался.
— Шайтан!
Рима, наблюдавшая эту сцену из окна кухни, поспешила спуститься.
— Ратти, ты сегодня приготовишь баранину?
— Хорошо, когда вернемся.
Чуть подтолкнула малыша: иди, иди к Риме!
Тот решительно замотал головой.
— Видишь, Рима, какие мы с ним друзья!
Подошел Кеши. Рима поглядела на него так, будто увидела восходящее из-за горизонта солнце.
— Ну что же, пойдем?
— Да, только подожди минутку, нам еще собраться нужно. Правда, Ратти?
Ратти поднялась к себе, причесалась, привела в порядок лицо. Накинула пальто, снова спустилась вниз. Через минуту показалась Рима. Набросив на голову легкий шарф, она шла по тропинке какой-то летящей походкой. Кеши с любопытством взглянул на нее и, усмехнувшись, пошел вперед, прокладывая путь в нападавшем за ночь снегу.
Шли молча. Только когда свернули на широкую немощеную дорогу, Рима сказала вдруг, прерывая молчание:
— Смотри, какой день хороший!
Ратти не ответила. Все это время она шла рядом с Римой, не глядя на нее, но всякий миг чувствуя ее присутствие. Посмотрела на сверкающий на дальних склонах гор снег и отвела глаза.
— А ведь похоже на дорогу к Натхуа-хану… Помнишь, Ратти?
Ратти в изумлении обернулась. Впервые за много-много дней Рима, кажется, отважилась выйти за пределы «зоны Кеши». Как давно ей не приходилось слышать ничего подобного! С легким смешком сказала:
— Знаешь, Рима, меня до сих пор одна вещь донимает… Совсем пустяк, а вот поди ж ты! — никак из головы не выходит.
Рима настороженно взглянула на Ратти:
— А что такое?
— Помнишь дорогу к Муктешвару? Там был еще большой яблоневый сад, высокие ворота… Помнишь? Так вот, мне до сих пор жалко, что мы не остановились там в тот вечер.
Рима бросила на Ратти удивленный взгляд. На ее лице появилось трогательно-беспомощное выражение, словно она пыталась разгадать какую-то сложную загадку.
— И с тех самых пор это место тебе в душу запало? — тихо спросила она наконец.
Ратти кивнула.
— С тех пор… Тогда рикша останавливаться не захотел, а я, только отъехали от этих ворот, знала уже, что мне захочется вернуться туда снова и снова…
Не отрывая глаз от засиявшего румянцем прелестного лица Римы, добавила:
— Понимаешь, мне бы только до ворот добраться. Внутрь я бы и не вошла.
— Почему?
— Видишь ли, Рима, дело в том, что…
Ратти вдруг замолчала.
— Что ты хотела сказать?
— Ничего. Хотела, да не могу теперь — момент прошел… Знаешь, ну как из рук что-то выскользнуло…
Лицо Римы сделалось вдруг озабоченным и серьезным.
— Ратти! Ты, кажется, стала очень много пить. Разве вчера в городе…
Ратти сосредоточенно топтала тяжелыми ботинками глубокий снег.
— Про вчерашний день лучше не надо… Мне вчера хотелось до смерти нахлестаться — были причины…
— Ратти!
Ратти продолжала безжалостно топтать снег, словно хотела растоптать, раздавить, сокрушить самое себя.
— Считай, полжизни разменяла, а только вчера вдруг увидела все, что могло бы стать моим!
— Ой, Ратти!
Рима хотела еще что-то добавить, но тут перед ними появился Кеши. Ловко подхватил под руки, рассмеялся:
— Осторожнее, скользко ведь! Вы обе, я вижу, не по дороге идете, а в облаках витаете…
Рима сердито передернула плечами:
— Да ну тебя! Вот ведь глаз у человека!
Ратти звонко расхохоталась. Исподтишка взглянула на Риму. Та перехватила ее взгляд, и обе они понимающе усмехнулись — словно пришли относительно Кеши к какому-то важному решению.
Приготовив все необходимое, Рима привела Ратти на кухню. В кухне топилась плита — на электричество об эту пору надежда была плохая. На столе — мелко нарезанный лук, чеснок, сушеный имбирь, гранаты, свежая простокваша, сливочное масло; полная сковорода бараньих котлет. Ратти с изумлением огляделась вокруг:
— Вот это кухня! Откуда у тебя такие кастрюли? Привезла?
— Нет, здесь купила.
Ратти поглядела на Риму с ласковой усмешкой. Хотела что-то сказать, но не смогла отыскать нужных слов и слегка нахмурилась. Рима поспешила прийти на помощь:
— Ты там, у себя, часто готовишь?
— Да нет. Как придется…
У Римы вдруг защипало в горле. Отвернулась, набрала полный кувшин воды, поставила на стол.
— Так довольно?
— Хватит.
Ратти снова окинула взглядом кухню и ласково посмотрела на Риму.
— Молодец ты! Если в кухне порядок, значит, и дом — полная чаша.
Рима тихонько усмехнулась.
— Кеши, когда здесь появится, сразу заметит, что не так.
