— Я благодарю вас, темный шер.
— Не меня, — холодно отозвался тот. — Я сделал это не ради тебя, безмозглая девчонка.
Шуалейда отшатнулась, чувствуя, как сердце опять падает, падает… Боги, когда уже она наконец поймет, что темный шер — это навсегда! Глупая, наивная дура, вот она кто.
— Я ненавижу тебя, Роне шер Бастерхази, — шепнула она непослушными губами.
— Взаимно, Шуалейда шера Суардис, — ухмыльнулся темный шер и отвернулся.
А она… что ж. Она научится жить с этим. И никогда, никогда не станет таким же темным чудовищем, как он.
Ни-ко-гда!
— Вы не можете оставить все как есть! Он ваш ученик и сын императора!
— Не орите на меня, темный шер. Я ценю ваше стремление к справедливости, но полковник Дюбрайн не может ослушаться императора.
— Не императора, а сбрендившего мерзавца! Светлейший, вы должны его остановить, а Дюбрайна вернуть в Метрополию.
— Я должен? Ваша наглость меня восхищает.
— Прошу прощения, Светлейший… Но если вы не вмешаетесь, кронпринц погибнет. — Темный шер Бастерхази, Паучья гордость и надежда, сделал смиренно-благостную морду, но глаз не опустил. — Я верно служу Конвенту и его всемогуществу, и моя присяга не позволяет мне оставить кронпринца без помощи.
— Ваша присяга, мальчик мой, позволила вам… Вам обоим, мелким идиотам, натворить дел! Не перебивать! — Парьен нахмурился. — Вы должны были доложить о сумасшествии кронпринца сразу. Немедленно! А не вертеть бездарные интриги!
— Я виноват, ваше светлейшество, — без капли раскаяния заявил Бастерхази. — И я пытаюсь исправить свою ошибку. Но и вы! Это вы позволили сделать из Дюбрайна цепного пса! Марионетку! Вы позволили ломать его!..
— Сколько страсти, — холодно усмехнулся Парьен. — Вы забыли, мой темный шер, что эмоциональные манипуляции — обоюдоострое оружие. Итак, вернемся к реальной ситуации. Из вашего лепета следует, что ваш гениальный план провалился. Почему? И не надо валить все на неопытную и эмоционально нестабильную девочку. Что натворили вы, два великовозрастных идиота?
Бастерхази снова гневно сверкнул очами, пытаясь испепелить Светлейшего прямо через зеркало связи. Правда, сквозь гнев ясно виделась его растерянность. Глупый мальчишка всерьез считал, что учитель Дюбрайна настолько некомпетентен, что не понимает собственного ученика? Или что Светлейший — копия Темнейшего и использует лишь один педагогический метод: бросание щенков в стремнину? Впрочем, откуда ему знать. Он-то ничего другого не видел.
А ведь сколько раз Парьен говорил этой упрямой узкоглазой колоде, что однобокий подход подведет в самый неподходящий момент! И вот он, результат. Вся тщательно спланированная операция почти пошла шису под хвост только потому, что Паук не научил своего паучонка доверять. И думать головой, а не поддаваться своему огню. Но ничего. Главное, что деткам не удалось друг друга угробить. Кстати, крайне интересный метод возвращения души… надо будет потом намекнуть Бастерхази, чтобы написал диссертацию по этой теме и непременно ее опубликовал. Потом. Когда эти два придурка наконец-то сделают то, что должны. Сами. Только сами. Двуединые не терпят шулерства в столь важных делах.
— Мы все сделали правильно. И если бы император не распорядился своим сыном, как рабом, и не подарил бы его кронпринцу…
— То есть вы не учли эту возможность в своих планах. Глупо, мой темный шер. При том, насколько полной информацией вы обладаете — это просто возмутительный просчет.
Бесстыжий темный наконец-то опустил глаза и кивнул:
— Вы правы. Мы непростительно ошиблись. Я непростительно ошибся.
— Только ли в этом?
— Нет. Нет, не только! Что вы хотите от меня услышать? Что я сожалею? Что я готов на все, чтобы спасти Дюбрайна?!
— Свою шкуру, темный шер, — покачал головой Парьен. — Насколько я вижу, Дюбрайн жив и умирать не собирается. Эту вы умудрились дать кронпринцу такие клятвы, что он волен распоряжаться вашей жизнью. Заигрались, темный шер. И теперь просите, чтобы я помог вам выпутаться.
— Я прошу вас, чтобы вы помогли выпутаться вашему ученику. По-вашему, то, что его отослали в Хмирну, запретив даже говорить с кем-то, нормально? Что кронпринц едва не убил его, что шантажом вынудил принцессу дать согласие на брак — правильно?
— Все это — результат вашей непродуманной игры. И вашей, Бастерхази, ошибки. В которой вы так и не желаете признаться.
— Какое вам дело до моих прошлых ошибок, Светлейший? Нужно предотвратить брак Шуалейды и ссылку Дюбрайна. Вы хоть понимаете, что все это значит для него лично и каковы будут последствия для империи?!
— Лучше вас, темный шер. Что ж, я согласен с тем, что кронпринца следует лечить, и что его брак с Шуалейдой несвоевременен.
— И?
— Я доложу императору, а вам следует отправить его высочество Люкреса в Метрополию.
— Я бы с радостью, Светлейший, — саркастично поклонился Бастерхази. — Но вот беда, кронпринц волен распоряжаться моей жизнью. И я не нахожу ни одной причины, по которой он не прикажет мне умереть до того, как я исполню приказ Конвента.
