Чешуйка рассказал им, на чём они подловили Барона Смертиса и что бедствие с овощами его рук дело. Полицейские слушали его с открытым ртом.
– Серьёзно? Этот тип? – спросил светловолосый с бейджиком «ДИТРИХ». Чешуйка вспомнил: это сотрудник, который мог управлять погодой.
– Он самый, – подтвердила Джессеми. – Я слышала, как он во всём признался.
– И я, – добавил Граувакка, указывая на выпавшие из кармана Барона Смертиса канцелярские скрепки – сплошь улики!
Широко улыбаясь, полицейские радостно хлопнули друг друга по рукам и достали наручники.
– Я так рад предстоящему допросу, – признался темноволосый полицейский с бейджиком «ХАГЕН». – Мои чары правды слегка заржавели от бездействия. Спорим, я из этого вампира все сведения вытащу? Даже что он ел вчера на завтрак.
– Да кому интересен его завтрак? – спросил Дитрих.
– Ну, может, Зигфриду. Ты же его знаешь. Небось захочет выяснить, сколько крови это составило в миллилитрах…
Чешуйка, Джессеми и Граувакка с удовлетворением смотрели вслед полицейским, уводящим Смертиса.
На следующий день на площади перед ратушей праздновали победу. Полицейский Дитрих обеспечил ослепительное солнце. Чешуйка с радостью отметил, что пришли многие жители Вурмштедта: гномы в медных, серебряных и железных доспехах, волшебники в шляпах и без (а среди них и Пинтус с племянником), ведьмы в своих самых лучших нарядах, драконы всех размеров и цветов и, само собой, одетые по последней моде в зелёные плащи эльфы. На одном плаще прорастали ароматные травы, другой цвёл по собственному графику, а одной светловолосой эльфийке в таком пальто не помешала бы газонокосилка Цаки. Некоторые эльфы махали Джессеми рукой, похоже, они ею очень гордились.
А ещё, разумеется, появилось целое стадо единорогов и даже маленькая русалочка из пруда в городском парке, которая сейчас освежалась в фонтане. Только ни один вампир не пришёл. Конечно же, не из какой-то личной неприязни. Просто для вампиров было слишком солнечно.
Титус, гном-бургомистр, вскарабкался на подиум, чтобы его в этой толпе вообще можно было разглядеть. Рядом с ним в отутюженной форме и с праздничной укладкой стоял тоже не особо высокий начальник полиции Зигфрид. Казалось, он испытывает облегчение и в то же время не считает настолько уж необходимым прямо здесь и сейчас раздавать почести, славу и деньги.
Бургомистр приступил к делу.
– Чешуйка, Джессеми и Граувакка! Вы выяснили, почему в нашем прекрасном городе в последнее время творились такие беспорядки. Благодарю вас за это столько раз, сколько звёзд на небе!
Он торжественно передал им… большущую подарочную корзину с овощами из огорода.
Улыбка на губах Чешуйки застыла. Джессеми закатила глаза. Граувакка стал ещё угрюмее, чем обычно.
Гном-бургомистр Титус рассмеялся и вытащил из-за спины мешочек в половину собственного роста, показав его всем присутствующим. Он потряс мешок, и Чешуйка услышал, как там звякают друг о друга драгоценные камни.
– Или, может, лучше возьмёте это?
Ну вот, другое дело.
– С радостью, – проворчал Чешуйка, сморщившись в улыбке. – Большое спасибо. Мы занимались этим делом с удовольствием. Ну почти.
Все собравшиеся здесь жители Вурмштедта ликовали. Все? Нет. Один небезызвестный начальник полиции кривил губы, словно только что выпил сок неспелых лимонов.
– А это от меня. В конце концов, это ведь я заказал вам провести расследование, – шепнул Карат, гном-парикмахер в золотых доспехах, тоже протягивая им мешок. Судя по звуку, он был полон монет, наверное, золотых и серебряных.
«Хм, – подумал Чешуйка, – в гномах нет-нет, да и просыпается жадность». Но на новый диван для их детективного агентства этого всё-таки хватит.
Чешуйку растрогало, что подарки им дарили и другие горожане: несколько эльфов – вазочку с только что сорванными вишнями для шипучки, какой-то гном – невероятно красивый кусок руды, а ведьма Кларнетта – букет цветов, в котором птичка щебетала песенку. Только с мелодией вышла ошибка, Чешуйка узнал звуки «С днём рожденья тебя».
Когда церемония подходила к концу, снова подала голос Джессеми.
– А что будет с Бароном Смертисом?
– Он должен до конца года просидеть за решёткой в наказание за воровство и нарушение общественного порядка, – слегка оживившись, отрапортовал Зигфрид. – На сухарях, томатном соке и подкрашенной воде.
Его слова вызвали новый взрыв ликования. Граувакка заурчал. Чешуйка чуть было не принялся чесать его за ушами.
– У меня ещё вопрос, – с некоторой тревогой в голосе сказал Чешуйка. – Теперь, когда это бедствие позади, можно ведь провести конкурс тыкв, да?
– Да, конечно, – заверил его бургомистр. – Осталось достаточно непокусанных прекрасных тыкв. Завтра самое время, конкурс состоится, и я лично выберу победителя.
Чешуйка, улыбаясь, кивнул. Он несколько недель с нетерпением ждал этого конкурса. В прошлые годы он уже участвовал в таких соревнованиях с кабачками, огурцами и морковью, но ему ни разу не повезло. В последний момент обязательно объявлялся кто-то, у кого кабачки были по меньшей мере вдвое крупнее, огурцы ещё зеленее, а морковь вырастала в форме звёзд!
