– Ах да, кстати, Зигфрид, ты уже раскрыл дело о незаконном проникновении в больницу? – спросил Чешуйка, глядя сверху вниз на явно более низкорослого начальника полиции и выпустив несколько искр из ноздрей. – Нет? Так я и думал. Ну удачи тебе. Увидимся.
Было ясно, что с наблюдением и в этот раз ничего не получится. Они разочарованно поплелись в детективное агентство. Однако Джессеми заметила, что Граувакка странно подёргивает усами. Так он делал в минуты, когда его посещала какая-то идея.
– Я вас сейчас догоню, – прошептал похожий на серого тигра кот и шмыгнул прочь.
– Глупо вышло, да? – сказала Джессеми, когда они вернулись в пещеру. Взяв из лимонадного бара бутылочку «Утренней росы», она положила ноги на стол. – Следующей ночью попробуем опять или как?
– Конечно, – сказал Чешуйка. Мило с её стороны, что она не потешается над тем, как он шлёпнулся с дерева. – Я абсолютно уверен, что мы взяли верный след!
Поджидая Граувакку, они ещё немного позлословили о Зигфриде. Тихонько дымил мини-вулкан. Чешуйка не сомневался, что скоро произойдёт новое извержение. Ласково похлопав по кратеру, он с бульканьем влил себе в пасть лавовый лимонад и забросил в рот пригоршню тыквенно-сырных чипсов.
Наконец из тьмы выпрыгнул Граувакка и принялся вылизывать лапы. Он выглядел очень довольным.
– Что ты сделал? – спросил Чешуйка.
– А так, немного, – ответил его друг и коллега. – Чуточку поохотился. А потом подождал, пока Зигфрид и его люди, отдыхая, не примутся массировать ноющие ноги.
– А потом?
– Потом я тайком запихал им в сапоги мёртвых мышей. Вот интересно, они их уже нашли?
Все трое повернули головы, когда над Вурмштедтом раздались вопли отвращения.
– Думаю, да, – ухмыльнулась Джессеми.
Улыбнувшись Граувакке, Чешуйка навестил в саду свою тыкву-рекордсменку и с гордостью погладил её. Казалось, она ещё немного выросла! Этот масляно-жёлтый цвет! Этот роскошный размер! С таким размером у неё есть все шансы занять первое место.
Немного отдохнув, они опять пустились в путь. Чешуйка попытался убедить какой-нибудь из новых кочанов-вампиров выступить свидетелем. Однако ему попадались либо те, кто ничего не знал, либо те, кому нечего было сказать. Они казались ещё более недалёкими, чем помидоры.
– Тогда, пожалуй, продолжим сегодня наши расследования в больнице, – предложил Чешуйка. – У меня есть некоторые подозрения насчёт того, что могло случиться при первом вторжении.
– Зачем? Какие подозрения? – спросил Граувакка, но на этот раз Чешуйка отказался что-либо объяснять.
– Хочу сперва убедиться. Не волнуйся, это быстро.
В больнице они переговорили с главным врачом.
– Не могли бы вы кое-что для меня проверить? – попросил Чешуйка, передавая госпоже доктору Бельхаймер записку.
Когда та прочла, что он написал, у неё вырвалось ошарашенное «гав». И она согласно кивнула.
– Ладно. По возможности. Если удастся выкроить время: очень много неотложных случаев.
Они вышли из больницы, и Граувакка потребовал от него объяснений.
– У тебя ведь обычно от нас никаких секретов! Говори уже, что у тебя за подозрения!
– Это всего лишь довольно дикая теория, – уклончиво ответил Чешуйка. Всё зависело от того, объявится ли преступник (ладно-ладно, или преступница) вновь. Тогда и выяснится, прав он или нет. Ах, вести следствие так увлекательно! Ещё совсем маленьким дракончиком он пытался выяснить, какой кобольд всё время писает в палисаднике его семьи. Он даже разоблачил его – причём самым неприятным образом, потому что, желая застукать преступника при совершении очередного преступления, спрятался в неподходящем месте. Тёплый дождик, фу-у-у! Как бы то ни было, кобольда его рычание так напугало, что больше тот никогда не появлялся.
Во второй половине дня пришло письмо от доктора Бельхаймер. Прочитав его, Чешуйка удовлетворённо кивнул и выбросил его в жерло вулкана. Через несколько минут вулкан извергся, вверх повалил дым, и докрасна раскалённая лава выплеснулась в специально предусмотренную для этого ёмкость.
– Фу, как воняет серой! – воскликнул Граувакка.
Джессеми, закашлявшись, упрекнула:
– Неужели нельзя закупорить его, пока мы тут?
– Да успокойтесь… Наконец-то у меня опять будет по-настоящему горячая вода для ванны, – отозвался Чешуйка. Он позволил себе принять пенную ванну с русалочьей слюной. По слухам, она действует укрепляюще. Кроме того, он плеснул туда экстракта апельсиновой кожуры, это придало воде прекрасный цвет лавы. Он чуть не забыл взять с собой игрушку для купания, но Джессеми ударом ноги так метко подкинула в воздух маленького надувного дракончика, что тот шлёпнулся в воду прямо перед его носом.
– Спасибо! – воскликнул Чешуйка и с наслаждением нырнул в ванну.
Ночью они опять вышли из дома, причём предприняв намного более серьёзные меры конспирации, чем в прошлый раз, и навьюченные тяжёлым снаряжением. Кроме того, теперь они прокрались мимо «их» дерева и спрятались за зданием больницы.
