– Конечно, забирайте, я всё равно эту бестию не люблю, – разрешила Гунилла, поправляя локоны, чтобы они опять колыхались как следует. Помидорина, оскалив зубы, прыгнула на решётку клетки, так что все отпрянули.
Пинтус с племянником и Чешуйка уже собирались уходить, когда Гунилла воскликнула:
– Эй, ты! Не хочешь заплатить за волшебный орех? Ну ты меня понимаешь – за тот, что у тебя в кармане брюк.
Племянник изменился в лице. Теперь он немного напоминал пленницу.
Чешуйка сочувствовал ему. Очевидно, мальчишка не знал, что магической способностью Гуниллы было просвечивать насквозь одежду и сумки. У волшебников магические способности развивались только в переходном возрасте. Видимо, у племянника он пока не наступил, и поэтому он об этом не подумал. Мальчишка смущённо выложил волшебный орех на прилавок, пока его дядя покупал ещё три бутылки кетчупа. Один обычный, один с чесноком и один с молотыми крылышками жуков.
Поблагодарив Пинтуса, Чешуйка распрощался с ним и его племянником. У двери его уже ждал Граувакка; откуда-то он всегда знал, где найти Чешуйку в данный момент.
– Ну как, что-нибудь выяснил? – спросил кот, нервно оглядываясь по сторонам. – Кстати, Зигфрид со своими полицейскими сейчас пытаются установить магические защитные барьеры.
– Хочу на это посмотреть, – сказал Чешуйка, крепче прихватывая клетку с кусачей помидориной.
Ещё издали он заметил, что магические барьеры не очень-то удались. Обычно они представляли собой равномерные световые завесы, разных цветов в зависимости от мощности. Однако завесы Зигфрида выглядели так, словно их поела гигантская моль. А их цвет напомнил Чешуйке светлую накидку, которая полиняла при стирке.
– Я вижу сто двадцать крошечных, двадцать восемь маленьких и тринадцать больших дырок… Заделайте их сейчас же! – ругался начальник полиции.
«Очевидно, он радуется, что может применить свою магию подсчёта», – подумал Чешуйка, озабоченно изучая барьеры.
Один из подчинённых Зигфрида вскрикнул – какой-то воинственный помидор проскочил сквозь барьер, словно его вовсе не существовало. Прежде чем его сумели раздавить, он успел укусить полицейского за ногу. На преступника одновременно обрушились десять дубинок.
– Всё убрать! – скомандовал начальник полиции Зигфрид.
Пострадавшего унесли коллеги, остатки преступника стёрли влажной тряпкой.
Зигфрид издали заметил Чешуйку. Он тут же зашагал к нему, вытянув в его направлении указательный палец.
– Это ты виноват, дракон!
Его слова на время лишили Чешуйку дара речи.
– В чём именно? – спросил он чуть погодя.
– Ты отвлёк моих людей, и поэтому сооружённые ими барьеры никуда не годятся!
– Пойдём отсюда, – сказал Чешуйке Граувакка.
– Хорошая мысль, – откликнулся Чешуйка, и они почти синхронно развернулись, чтобы уйти.
Уже на некотором расстоянии Граувакка шепнул другу:
– Он не знает, что у нас есть свидетель. Если повезёт, мы застукаем преступника прямо сегодня. Думаешь, Зигфриду это понравится?
Граувакка с Чешуйкой, переглянувшись, хитро усмехнулись, а затем отправились к вампирскому трактиру, где их наверняка уже поджидала Джессеми.
Обычно Джессеми предпочитала гулять по улицам, но трактир «Косая белочка» всё же был одним из её любимых мест в Вурмштедте. Во всём он отличался от эльфийской деревни – такой восхитительно мрачный и жутковатый.
– Не терпится узнать, удастся ли нам выведать здесь больше, чем мне у моих дорогих сограждан, – сообщила она Чешуйке, навалившись на массивную деревянную дверь, ведущую в трактир. К сожалению, разговоры с другими эльфами на тему свихнувшихся овощей ничего не дали. Похоже, за последние восемьсот лет такого не случалось.
– Наверняка, – отозвался Граувакка, с довольным видом втягивая носом запах сосисок и свежих грибных стейков.
Все окна в трактире были завешены чёрной тканью, чтобы ни один луч солнца не навредил приходящим сюда вампирам. Зато повсюду стояли свечи, мерцающие тёплым жёлтым светом.
Джессеми было достаточно беглого взгляда, чтобы найти всех постоянных посетителей: у шведского стола набирали себе еду два тролля. Только что они доверху наполнили тарелки сырно-картофельным пюре, посыпав его обжаренными на гриле кузнечиками и плюхнув сверху несколько кусков шоколадно-осиного торта. Там и сям отдыхали драконы с номером «Вурмштедтского вестника» в руках. За крошечными столиками группировались гномы с пивными кружками.
Разумеется, пришли сюда и вампиры. В конце концов, это был их излюбленный трактир. За одним из столиков Джессеми увидела Герцога Чудескиса, гордившегося своими дурацкими анекдотами, и Барона Семихлёба, который, по слухам, однажды высосал кровь из семи дроздовых комаров сразу.
– Рад новой встрече! Вас сегодня уже покусали? – приветствовал их Граф Вершинский, вампир с круглым добродушным лицом и оранжевыми глазами. У вампиров принято называть детей Графами или Герцогами, потому что это звучит благородно.
Нет, пока что их не кусали, покачали головой Джессеми, Чешуйка и Граувакка.
