Чешуйка решил, что полицейские Вурмштедта начисто лишены фантазии, раз борются с этой напастью одними дубинками. Его чутьё детектива по-прежнему говорило, что за всем этим что-то кроется, и им непременно нужно выяснить что. До тех пор это безобразие не прекратится.
Он быстро пошлёпал дальше, пока Зигфрид его не заметил и опять не потребовал каких-нибудь объяснений. Мимо, кивнув ему, протрусил единорог, превративший свой рог в шампур для помидоров. Единороги очень полюбили Чешуйку после того, как тот выяснил, кто устраивал в Волшебном лесу свалку.
Чешуйка зашёл в пахнущий цедрой и лекарствами магазин колдовских зелий Пинтуса и с любопытством осмотрелся вокруг. Полки были заставлены стеклянными бутылками всевозможных цветов, под ними были ценники, на которых за цифрами стояло пугающе много нулей. Смети он тут случайно крылышком или хвостом что-нибудь с полки, за это пришлось бы дорого заплатить.
В магазине толклись покупатели, выкрикивающие названия всяких целебных и защитных зелий. Обслуживать их помогал племянник Пинтуса, волшебник лет десяти с бледным лицом и острым носом. Когда суета немного улеглась, Чешуйке наконец удалось поговорить с Пинтусом.
– Ты говоришь на языке томатов? – спросил он без обиняков.
– Ну да, вообще-то я знаю языки нескольких растений, – с улыбкой подтвердил долговязый волшебник. – Собираешься допросить преступников, да?
Чешуйка кивнул.
– Гунилла заперла у себя в лавке одну помидорину, её и хочу взять в оборот.
– Я люблю помидоры, – вмешался в разговор племянник. Он достал из-под прилавка бургер с рыбой и, обмакнув его в кетчуп, впился в него зубами.
– Он всё ест с кетчупом, – пожаловался Пинтус, захлопнув книгу, которая по толщине едва ли уступала талии какого-нибудь хрупкого эльфа. До Чешуйки доходили слухи о том, что Пинтус отказывался читать книги, где было меньше тысячи страниц.
Чешуйка, слегка смущаясь, оглядел волшебные зелья.
– А есть у вас что-нибудь от… э-э-э… повышенного газообразования?
Пинтус схватил с полки маленькую бутылочку с ядовито-зелёной микстурой.
– Вот. Денег не надо, ведь вы меня спасли. По три капли перед едой.
– И газообразование прекратится?
– Нет, но газы будут лучше пахнуть.
– А можно я тоже пойду к помидору? – спросил племянник.
– Без проблем, – сказал Чешуйка, и они втроём отправились в путь.
Сложно сказать, чувствовала ли пленная помидорина себя несчастной у Гуниллы. Лица-то как такового у неё не было. Она без движения лежала в клетке.
Чешуйка с Пинтусом пожелали Гунилле волшебного утра, и Чешуйка объяснил:
– Моя команда ведёт расследование по овощному делу. Можно мне для этого поговорить с помидориной?
Гунилла, одетая сегодня в струящееся платье и с ещё более струящимися по плечам чёрными локонами, и бровью не повела, сказав лишь:
– Ну желаю приятно провести время.
– Она всегда такая спокойная? – Чешуйка озадаченно разглядывал помидорину.
– Нет. Она начинает скакать туда-сюда, стоит мне произнести «соус для спагетти».
– СОУС ДЛЯ СПАГЕТТИ! – завопил племянник, а Чешуйка с Пинтусом закатили глаза.
– Любопытно – похоже, она немного понимает наш язык, – сказал Пинтус, наблюдая за беснующейся помидориной.
Чешуйка кивнул:
– Хорошо. Это облегчит допрос.
Помидорина успокоилась, и Пинтус приблизился к клетке.
Сосредоточившись, он расслабил губы короткими упражнениями и произнёс несколько шипящих звуков. Гунилла заворожённо наблюдала за его действиями. Племянник Пинтуса, казалось, проявлял меньше интереса, он слонялся по лавке.
– Что ты ей сказал? – с любопытством поинтересовался у волшебника Чешуйка.
– Что мы её отпустим, если она нам поможет.
Помидорина пару раз хлюпнула.
– И что она ответила?
Пинтус скривил губы:
– Что она бы с удовольствием меня укусила.
Чешуйка вздохнул. Возможно, допрос будет трудным. Он повернулся лицом к маленькой красной пленнице.
– Тебя и других поразила какая-то болезнь? Один прыжок означает «да», два прыжка – «нет».
Помидорина подпрыгнула два раза. У-уф, впервые за всё время они достигли какого-то прогресса! Не болезнь. Это важная информация.
– То есть, вероятно, тебя и других кто-то заколдовал, – предположил Чешуйка. – Ты знаешь – кто?
Затаив дыхание, он ждал ответа. Помидорина подпрыгнула один раз. Сердце Чешуйки забилось сильнее.
– Это какой-нибудь вампир?
Снова «да». Ха, вот наконец и зацепка! Теперь получится убедить и его коллег. Но, конечно же, помидорина лгала. Неужели ему не приходилось слышать поговорку «Никогда не верь помидорам»?
– Ты знаешь, как его зовут? – задал Чешуйка следующий вопрос.
Два прыжка. Тысяча козявок! А было бы так здорово.
– Но ты сможешь его узнать?
Помидорина не двинулась с места, издав такой звук, как если бы столкнулись две картофельные клёцки.
– Вероятно, да, – перевёл Пинтус.
– Великолепно! – пришёл в восторг Чешуйка. – Можно мы заберём твою пленницу? Мы бы взяли её с собой к Верши и его друзьям-вампирам. Вдруг она опознает преступника, если у него хватит наглости туда заявиться.
