— Присаживайтесь, Константин Васильевич, — сказал профессор и посмотрел на ассистентов. — Ну, что, товарищи? Как полагаю, мы имеем дело с уникальным случаем. Вследствие разряда молнии у пациента восстановились функции слуховых нервов. Такое в медицине не описано. Полагаю, случай достоин публикации в журнале. В специализированном, конечно, но можно и в «Здоровье», — он улыбнулся. — Его читатели такое любят. Кто возьмется?
— Я! — поднял руку молодой мужчина — тот, что восклицал, увидев след от молнии на теле Кира. — Научная статья, и, разумеется, в соавторстве с вами.
— Принимается, — кивнул профессор. — А Верочка напишет для «Здоровья», — он посмотрел на молодую женщину, стоявшую чуть в стороне от Кира. — Понадобятся фотографии фигуры Лихтенберга. Надеюсь, фотоаппарат найдется?
— Я захватил, — ответил автор будущей статьи. — Как чувствовал. Имеется цветная пленка.
— Займитесь, — приказал ему профессор и повернулся к Киру. — Теперь о вас. Как полагаю, вам понятно, что вы теперь не инвалид. О результате нашего обследования мы сообщим в республиканский ВТЭК[20], обычный, областной не снимет группу инвалидности — она у вас пожизненная. Возможно, что потребуют пройти обследование в профильном НИИ, но, полагаю, что заключения профессора Гуриновича им хватит. Не сожалеете?
— Н-н-нисколько.
— И правильно. Зачем такому молодцу считаться инвалидом? Здоровым лучше быть.
— Его и в армию теперь возьмут, — сказала Вера.
— Ну, это вряд ли, — не согласился Гуринович. — Речь не восстановилась и восстановится не скоро. Мне даже удивительно, что пациент хоть как-то говорит, пускай и заикаясь. С таким дефектом в армию не призывают…
Все произошло, как говорил профессор. Сначала Кира вызвали во ВТЭК. Там слух проверили и попросили сдать удостоверение инвалида. А вскорости пришла повестка из военкомата. Здесь будущего призывника обследовали тщательно и долго, проверив все: слух, зрение, спирометрию[21], рефлексы и другие показатели. В итоге Кир предстал перед комиссией, выносившей заключение о годности призывника.
— Так, что у нас? — спросил глава комиссии, представительный мужчина в возрасте за пятьдесят. — Чернуха Константин Васильевич, год рождения 1960-й. Практически здоров. Выходит — годен?
— Увы, не так, — заметила немолодая женщина, сидевшая с ним рядом. — Он разговаривает плохо и очень сильно заикается. Был инвалидом по врожденной глухоте. Слух у него восстановился, но с речью плохо. Органический логоневроз.
— Что, правда? — глава комиссии посмотрел на Кира.
— П-п-правда, — запинаясь, ответил призывник.
— Заики в армии не служат, — сказал глава комиссии. — Пока ответит командиру, враг позиции займет. Нестроевой. Кто он на гражданке?
— Зубной техник, — подсказала женщина.
— Есть ВУС[22] такой: зубные техники, — кивнул глава комиссии. — Его впишите в карточку и призывнику в билет. С пометкой: подлежит мобилизации лишь в случае войны. Свободен. Следующий!
Решение комиссии обрадовало Кира — служить он снова не хотел. Чему здесь могут научить офицера вооруженных сил Республики? Его готовили к совсем другой войне, в которой воины не отправляются в атаку с автоматами, а их встречает артиллерия и пулеметы противной стороны. Вместо пехоты в Обитаемых мирах в атаки ходят и летают дроны. И побеждает тот, чьи дроны совершеннее и у кого их больше, а операторы военных роботов обучены получше. Пехота тоже есть — штурмовики в броне из композитного материала, в чью задачу входит зачистка оборонительных узлов противника после того, как их раздолбали с воздуха, а дроны подавили очаги сопротивления. Многомиллионных армий, как у землян, в Республике давно не собирают — невыгодно. Военным нужно жалованье, их надобно учить, лечить, а с выходом в отставку — предоставлять жилье и пенсии. Поэтому армия Республики немногочисленная и состоит из хорошо обученных специалистов. В Империи — аналогично, хотя в ней есть территориальные войска, в чью задачу входит отражать инопланетную агрессию, когда с ней не справляются профессиональные военные или же они запаздывают с помощью. Но территориалы не служат постоянно, их периодически и ненадолго собирают для обучения и слаживания. Ну, и бойцы они, конечно, не чета профессионалам, похуже будут. Хотя на Фио армии Республики они вломили будь здоров. Умылись кровушкой элитные специалисты…
Но все это — вызов в ВТЭК, комиссия в военкомате случилось позже. Прежде с Киром произошло одно событие…
Спустя два дня после того, как он закончил работу над протезом, так восхитившим техников, в лабораторию заглянул Ионыч.
— Константин, вас можно на минуту? — спросил у Кира.
