— Хреново, — сморщился Ботвинник. — Он даст свидетельские показания. Не отстанут.
— Следователь заболел — серьезно и надолго. Поэтому и отпустили.
— Но он поправится… — Ботвинник вновь задумался. — Послушайте совета, Константин. Вам нужно скрыться и, желательно, скорее. Искать не будут — вы ведь не убийца и не грабитель. Ну, есть у БХСС один свидетель, но этого недостаточно, чтоб осудить. Вы скажете: да, делал ему зубы из керамического порошка, который приготовил для себя. Купил его в Литве. Но человек так попросил, что я пошел ему навстречу. Ведь это ваш знакомый?
— И даже друг, — ответил Кир, вздохнув. Был другом…
— Хм… Тогда тем более. Скажете, что денег я с него не брал, и не понимаю, почему он говорит обратное. Грамотный адвокат развалит это дело мигом. К тому же вы писатель, хорошая характеристика с работы… В милиции это понимают, в БХСС работают не дураки. Нет человека, нет и дела. А через год они о вас забудут. Что скажете?
— Меня уволят, не заставив отрабатывать?
— Не сомневайтесь — главный врач пойдет навстречу. Ей тоже неприятно, что к работнику пришла милиция. Я с ней поговорю.
— Тогда я в отдел кадров.
— Не спешите, Константин. Успеете уволиться. У меня хорошие знакомые в России и на Украине. Вы техник замечательный, с моей рекомендацией устроитесь прекрасно.
— Я не хочу работать техником.
— Куда же вы поедете?
— Куда-нибудь в деревню и буду жить там на природе. Как Лев Толстой ходить по лугу босиком и писать романы.
— Вы серьезно?
— Ну, я не Лев Толстой, но все-таки писатель, — Кир улыбнулся. — К слову, гонорары у писателей не меньше заработков техников. Давно мечтал отдаться творчеству.
— Как знаете… — Ботвинник похоже, что обиделся, но Киру было наплевать. Циничный деловар! Ведь есть знакомые в милиции, но он не почесался, чтобы помочь работнику отделения, а просто выкинул паршивую овцу из стада. А говорил, что им гордится…
Уволили Кира в тот же день. Он сдал Людмиле Станиславовне конверты с недоделанной работой, полученные от нее материалы и инструменты. Вопросов не последовало — все принимала молча. Из техников никто не посочувствовал коллеге — посматривали, но не заговаривали. Лишь Макс, поймав приятеля в коридоре, поинтересовался, остался ли у Кира порошок для керамических протезов.
— Все выбросил, — ответил Кир.
— И много было?
— На три десятка единиц.
— Блядь! — Макс выругался. — Я у тебя купил бы.
— Но ты же видел, как милиция искала, — пожал плечами Кир. — Нашли бы — посадили. Ну на хрен это удовольствие.
— Не повезло, — вздохнул Максим. — Ведь кто-то заложил. Не знаешь, кто? Из наших?
— Нет, — ответил Кир, — один из пациентов. Работайте спокойно.
Назавтра ему выдали расчет и трудовую книжку. Кир заглянул в сберкассу и снял со счета деньги — все, сколько было. Наличных столько не нашлось, часть денег Кир взял облигациями трехпроцентного займа. Их можно сдать по номиналу в любой сберкассе, по сути, те же деньги. Собрал все вещи — на удивление их набралось немало. Чемодан, две сумки… Тяжелые. Кир обзавелся пишущей машинкой — наткнулся на нее в универмаге. Компактный Unis, мэйд ин Югославия, красивый и удобный агрегат. Отдал 230 рублей и ничуть не пожалел — работать просто удовольствие. Писать рукой его задрало.
Подумав, Кир заказал такси по телефону, сказав диспетчеру, что ехать нужно за город за сотню с лишним километров. Та стала было говорить, что это невозможно, спрос на такси огромный даже в городе, но Кир добавил:
— Водителя не обижу, два счетчика.
— Ожидайте, — ответила диспетчер.
Такси приехало к обеду. Водитель уточнил маршрут и почесал в затылке:
— Там хоть нормальная дорога? Доедем до деревни? Не сядем в снег? У меня не вездеход, а «волга».
— Доедем, — успокоил Кир. — Там автобус ходит, поэтому дороги чистят. Два счетчика.
— Поехали! — кивнул водитель и взял одну из сумок.
По Партизанскому проспекту машина выбралась на Могилевское шоссе и покатила к Червеню. После него — Березино, а за райцентром повернут направо у Погоста. Дорогой Кир молчал, катая в голове непрошенные мысли. Отстанет от него БХСС или объявит в розыск? Не затаит ли злобу капитан из КГБ? Пока Кир наливался коньяком, дрон полетел к госпиталю и уточнил диагноз пациента. Три перелома, один из них открытый со смещением обломков. Закрытая ЧМТ[77] с ушибом мозга. Прогноз благоприятный, но на службу недруг Кира не скоро возвратится, если вообще не уволят из органов по состоянию здоровья, что было б кстати. Сочувствия к нему Кир не испытывал, поскольку комитетчик поступил по отношению к нему не по закону. Кир догадался, что причиной недовольства КГБ стало его высказывание на банкете. Кострица заложил, вот Комитет и возбудился. Ну, вызвали б его и допросили, зачем натравливать ОБХСС? И если б дрон не устранил угрозу, его б сейчас ломали, как требовал от майора комитетчик. Устроили бы очную ставку с Машей и Сергеем…
