Притянул к себе, уткнув в широченную грудь, остро пахли разгоряченным мужчиной. Приобняв осторожно, тихонечко гладил по голове, что-то даже шептал. А я ревела. Откуда, скажите, во мне столько слез? Реки, моря и немножечко сверху. Молодец ты, Илона Король. Если найдется вдруг в мире мужчина, который не сбежит после этого, пятками ярко сверкая, — это будет слепоглухонемой инвалид на всю голову.
Смутно сквозь слезы услышала: Кот так спешил, (помня, как я убегаю все время куда-то), что умудрился машину захлопнуть, оставив в ней телефон, документы и ключи, торчавшие в зажигании. Сейчас вызвал службу поддержки проката, и нам срочно надо куда-то спешить.
— Кот. Прости меня, я законченная идиотка. Давай, я поеду уже на вокзал и тебе станет легче? — и правда. Свалилась на голову вся такая прекрасная рева-корова.
— Ты маленькая, очень сильно издерганная жизнью девочка, которой приходится быть нечеловечески сильной. И ты справляешься, солнышко, просто у всего есть предел. Кстати, мы стоим друг друга, поверь. Я такой же почти идиот. Все, пойдем, нас там ждут уже.
Схватил меня за руку и решительно потащил в переход, зев которого зиял сразу за же за остановкой.
Принц вернулся: коня белого он в бою потерял, был немного сконфужен, но принцессу не бросил, ура.
И машина была (синяя, точно!), и ехидный мужик из “поддержки” приехал. Вскрыл родимую через багажник, витиевато нам всем объяснив, что от этой модели все ключи уникальные, дублей нет и всё немыслимо сложно.
Я потеряла логику хода событий, отчаянно вдруг замерзла и носом клевала, опираясь прямо на капот этого монстра. Большая такая машина, пафосная, дорогая. Я в таких еще даже не ездила, хоть вид и сделала царственный, забираясь на пассажирское сидение рядом с водителем, то есть, с Котом.
Впрочем, его я не обманула. Еле слышно смеясь он помог мне найти ремень, пристегнул, усмирив возмущавшийся моим сумасбродством и неосмотрительностью бортовой компьютер, и мы поехали уже, наконец.
— Ты замерзла? — тихо спросил.
Встревоженный взгляд на меня. Чертовски приятно, когда твое состояние кто-то заметил. Вдвойне приятно, когда это роскошный мужчина, с улыбкой бросающий взгляды.
— Перенервничала. Я ненормальная?
— Да. Падать в обморок от усталости, а потом из больницы сбегать ко мне на свидание? Точно нормальной не назову, но мне нравится.
Значит, свидание. Ничего себе! А как же “встретиться и просто посидеть, поболтать”? Хотя… говоря откровенно, а много ли было их в жизни моей, этих свиданий? Если сегодняшний день, такой весь прекрасный и трепетный — не оно, тогда что же?
Очевидно, вся эта тирада так отчетливо рисовалась на моей физиономии, что сосредоточенно выезжавший из сложного лабиринта автостоянки Кот рассмеялся.
— Что? Я такая смешная?
Может уже начинать обижаться?
— Пф! Зачем ты все время в себе сомневаешься? Если честно: я все гадал, почему ты себя так не любишь? Может, хромая, кривая, горбатая? Вовсе нет. Притормозил, выезжая на светофоре, уверенно положил руку на спинку моего сидения прямо над головой и склонился над ухом, вызывая новую волну дрожи.
— Ты очень красивая, знаешь? И чтобы я больше не слышал твой бред про серую мышку и внешность. Как мужчина в этом я знаю толк. Не спорь. Необычная, да. Но взгляд притягиваешь точно. И мысли всякие вызываешь, очень далекие от скромных.
Сорвались с места, и меня вжало в кресло. Не скоростью совершенно, а теми словами, что были им сказаны. А ведь говорил он серьезно. И глаза. Он же мной любовался! Смотрел так… нежно? Гладил взглядом, улыбаясь краями рта и рассыпая тоненькие морщинки в уголках своих глаз. Такие бывают совсем не от возраста, скорей от привычки смеяться открыто и часто.
Мы ехали молча. Я куталась в свой пиджак, продолжая ловить на себе его взгляды. Это было… как купаться в лучах зимнего солнца. Когда в весну еще даже не верится, впереди снегопады и ветры, морозы и стужа. Но прозрачные лучики, даже не грея особо, внушают надежду.
Так странно. Всего несколько слов, а я вдруг ощутила себя женщиной. Настоящей. Пара взглядов — и за спиной выросли крылья. Случайно задел мое колено рукой, и я, кажется, даже стала чуть выше ростом.
— Ты знаешь в Петергофе приличные ресторанчики? Чтобы вкусно, уютно и тихо? Да, голоден, не смотри на меня так удивленно, я не воробышек. Это бывает с мужчинами.
— Я не была там в ресторанах. А “воробышки” только и делают, что едят. Сейчас поищу, может по отзывам что и найдется. Твои предпочтения?
— Мясо. Алкоголь исключен, хотя тебя я с удовольствием бы напоил. Смотри Европейскую кухню и никаких суши, тебя умоляю. По горло ими сыт.
— Европейскую… в географическом смысле или культурно?
Обычно, когда я начинаю так умничать, мужчины тушуются и начинают медленно отступать прямо к выходу из. Умная женщина — это проблема. А я устала скрывать мысли и лгать. С ним не хочу и не буду. Тем более, что Кот тихо лишь рассмеялся в ответ, взял вдруг зачем-то мою левую руку и, пока я изумленно взирала на происходившее, поцеловал ее.
