Ничего от обоих Абрамычей толком добиться так и не удалось. Антон только мрачно пожимал плечами и вообще усиленно отговаривал меня от этой глупой затеи. А Муля загадочно улыбалась и очень лукаво смотрела на мужа. И лишь напоследок, уже вызывая такси, задумчиво пожелала мне быть с Максом собой. Отличное предложение и идея оригинальная.
Топ, топ, топ. Каменный пол, сводчатые потолки, давящие казематными ассоциациями, мерцающие тускло светильники. Пусто и тихо.
Точно склеп. И меня тут похоронят.
Ну нет уж. Я иду счастье свое выручать и спасать мужа любимого.
Вот она, комната триста тринадцать. Странно, что не семьсот семьдесят семь. Было бы пафосно. И о чем я тут думаю?
Уверенно постучалась, честно выслушала невежливую тишину мне в ответ. Обычная Илона Король отступила бы и ушла тихо, смиренно. Кот Илона совсем не такая. Толкнула решительно дверь и шагнула.
В полутьме кабинета стоял огромный письменный стол, темный, старинный. На нем возвышалась зеленая лампа, валялся раскрытый ноутбук и тускло мерцала парочка неизвестных мне гаджетов странного вида. Стоявшее рядом большое офисное кресло отчаянно пустовало.
Перевела медленно взгляд, привыкая к сумеркам кабинета. У стены справа от входа одиноко стоял малюсенький предмет интерьера, в глубине души явно считающий себя диванчиком. Странная конструкция из черного, стального скелета, украшенного коваными листочками и затейливыми завитушками стали увенчивалась набором крупных, обтянутых черной кожей подушек.
На этом оригинальном образце изощренной фантазии мебельщиков мирно спал человек.
Нет. Не так: человечище. Как он помещался всем телом на этом кожистом пятачке, оставалось загадкой для тех, кто еще в состоянии вспомнить школьный курс физики.
Ага. Значит, все-таки кот. Только эти создания так умеют цепляться за жизнь, и при этом устраиваться даже уютно, с комфортом.
Мужик был огромный. Лежал он ко мне широченной спиной, и женская часть моей личности не смогла отказать себе в чисто эстетическом удовольствии. Можно просто молча стоять и разглядывать жгуты стальных мышц под форменной тонкой одеждой. Форма была в точности такой как та, которая с Марка отлично недавно снималась. Значит, попала по адресу.
Ну что же, будем чинить неприятности котикам, а что делать. Уходить я не собиралась категорически.
Собралась крепко с духом, сделала шаг вперед и осторожно тронула за плечо того-самого-страшного-Макса.
А я не боюсь, между прочим!
И зря.
Молниеносный захват стальной клешней пальцев, рывок за запястья, кувырок через голову, и я оказалась под ним. Пискнуть? Да я даже об этом подумать бы не успела!
И тот, кто смотрел на меня сейчас злющим взглядом хищника, страшно и дико голодного, тоже, похоже, все это успел провернуть не подумавши.
— Здрасьте! — лежу я такая расплющенная под центнером роскошного мускулистого веса и наглейшим образом на лицо его пялюсь.
Тут было на что засмотреться, скажу откровенно. Еще парочка им подобным и я точно решу, что все шикарные мужики этого мира собрались в одном заведении. Этот был просто ошеломителен. Потрогать такого хоть пальчиком и умереть. Что скоро со мной и грозило случиться. И смерть на меня надвигалась позорная: от расплющивания на диванчике в позе пойманной в луже лягушки.
Он всего двумя пальцами держал оба запястья в захвате, вытянув их над дурною моей головой. И молчал. Вот ведь бездна, лишайные черти морские и африканские пряники, что мне с ним делать?
— Забавно ругаешься. — Пророкотало над головой.
Упс. Вечно я мысли свои громко ляпаю вслух.
— Слава Богу, говорю! — дыхание мое неумолимо заканчивалось, пришлось попытаться поерзать.
Затея была изначально провальной, все равно что метаться под катком асфальтоукладчика.
Но Макс удивился, даже бровь приподнял и зачем-то ко мне явно принюхался. В следующую секунду я вдруг оказалась уже прямо сидящей на коже дивана. А этот стремительный и непредсказуемый тип одним долгим и невероятно красивым движением очутился напротив, присев прямо на стол.
— Это в связи с какой радостью мы всуе припоминаем Создателя? — он медленно начал закатывать рукава и мне стало дурно. Он что тут, пороть меня будет? Или съест просто за завтраком?
— Счастье, говорю что я уже замужем за Котом. Таких, как вы надо прятать от женщин. Не стыдно?
Что я несу? Сдурела в последнее время Илона.
Он опять удивился. Потом зачем-то чертыхнулся шипяще на незнакомом мне языке (по тону было понятно, что знатно и смачно ругается).
— Оригинальная ты. Я так понимаю, та самая? Меня очень просили принять по личному делу какую-то сумасшедшую. Это все, или ты еще что-то хотела сообщить?
Я радостно закивала. Не выгоняет и ладно.
— И что за такие дела? Говоришь, жена Марка? Недальновидно и соболезную.
Я секунду-другую пыталась понять то последнее слово, что он произнес. Соболезнует? Но ведь… Как же? Я же видела, что он жив? Значит… Как?!
Эта буря эмоций налетела сокрушительным шквалом, наотмашь ударила, будто в голову выстрел и погасила сознание. Шмяк и на пол.
Вот не надо меня так трясти. И рычать на меня так не надо.
