Эта фраза далась мне очень трудно. Ком в горле, стало зябко внезапно, я вдруг вспомнила, что сижу здесь в одном чужом халате и полотенце, наверное, хоть и закутанная в них по самые уши.
— Негусто. А хочешь узнать, почему?
Ой, все. Сейчас мне расскажут о том, как плохо иметь совершенно говнистый характер. И вообще, людей надо любить, делать добро и они сразу потянутся. Чтобы пнуть, я же знаю.
— Не злись. — Ди подала голос, вставая. Тут твоей вины нет, и дело совсем не в характере. Ты поняла, что мы делали?
— Послушайте, я… — Марк не выдержал.
Ему все происходившее очень не нравилось, я это чувствовала. И по движению рук, осторожно украдкой поглаживавших меня, словно в попытке утешить, и по тому, как он нервно вибрировал, явно злясь. И по рычащему все еще тону его голоса.
— Кот, давай не будем друг другу мешать. — Лер тоже умел так рычать, что немедленно нам и продемонстрировал. — Заметь, у нас с Венди явно есть чем заняться, а мы с вами на кухне сидим, и пытаемся докопаться до истины.
Ди, погладив нежно неизвестно откуда вдруг взявшийся в ее изящных руках пузатый заварочный чайник, прищурилась, словно о чем-то раздумывая. Потом встряхнула копной белых волос, и не задавая лишних вопросов просто всем разлила в стоящие на столе чистые чашки горячий напиток. Запахло лимонником. Обещанное мне зелье наконец-то включили в меню этой ночи.
— Включи, наконец, свою светлую голову, и перестань бестолково сопротивляться неприятностям строго по мере их поступления. Пора начинать играть на опережение. Правда же, Кошка?
Была мысль у меня снова выразить свое категорическое несогласие с их глупой манерой давать эти прозвища всем, но после Люси от Марка это было не очень логично. Да пусть хоть горшком обзывают, только из печки достанут, ей-богу.
— Вы на меня колдовали? — чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я выдала им в ответ на вопрос о моем понимании.
— Можно и так это назвать. — Лер прищурился, глядя мне прямо в глаза. — Это неважно, главное, ты с собой сделать этого не позволила.
— Я антимаг же. Как мне тут сказали. — Это если вдруг кто не понял, решила я им пояснить.
— Ходишь порталами, украшена брачной магической татуировкой, видишь потусторонние сущности. —Лер загибал свои пальцы, а я снова прилипла к ним взглядом. Меня рука эта прямо-таки завораживала, причем, именно правая. — Я все перечислил?
— Еще… я заразный какой-то антимаг. В смысле…
— Мы знаем. Чудушки чудные вы мои. Оба, дуэтом. — Он лениво потянулся, притянул к себе чашку с бодрящим напитком, хлебнул усмехнувшись. — А вот что с этим делать, — не знаем. Совсем.
Оптимистично-то как. И удобно: не знаем, и даже не будем пытаться.
— Похоже, она антимаг на доверии. — Ди побултыхала остатками зелья в чайнике, поставила его очень громко на стол и изящно рядом с ним приземлилась. На стул уже, правда, совсем не на стол. — Кошка верит Коту и магии его совершенно не сопротивляется.
Кажется, меня окончательно произвели в почетное звание “Кошки”. Из мышек, и так неожиданно… карьеру делаю головокружительную, надо признать.
— Плохо. Малышка у нас ведь доверчивая? — Лер опять усмехнулся, а меня вдруг что-то торкнуло.
Ручка моя шаловливая вдруг потянулась к нему через стол и кончиком пальца я совершенно бесцеремонно потрогала Лерову правую руку.
И тут же отдернулась, будто обжегшись. Конечность бессмертного была совершенно и безнадежно мертва.
На его месте я бы решительно возмутилась подобным вторжением в личное пространство. По голове бы нахалке дала, говоря откровенно. Но он лишь улыбнулся мне, совершенно не злясь.
— Это протез. Совершенный во всех отношениях и укрытый магической иллюзией. Видишь, ты мне не доверяешь, и на тебя она не подействовала. Простой человек ничего не почувствует и не заметит. Понимаешь?
Тут я действительно поняла. Он нарочно внимание мое обратил на свою руку сейчас, за столом. Аргумент вполне безобидный, но очень наглядный.
В каждом приличном любовном романе обязательно должен быть подвиг. Совершить его непременно обязан самый главный герой. Потом он красиво приходит к принцессе, или что кто там у нас за нее по сюжету, признается в любви, (если еще не успел) и делает предложение.
Красиво.
Я мало читала любовных романов и, наверное, зря. Мироздание мне отомстило, и теперь я сижу с этим самым героем, типичным красавцем, почти принцем даже, на чужой кухне, посреди белой ночи, пью горячий напиток с лимонником и разглядываю чужие протезы.
Подвиг был, но отчего-то пока только мой. В любви мне признались, хотя я до сих пор в это не верила, потом скоропостижно женились, (меня не спросив).
Все, как всегда в моей жизни: словно взяли приличный сюжет, шмякнули его сильно об стенку, а потом из осколков собрали уже, ну... что смогли, то и собрали. Я давно уже как то привыкла к подобному, надо заметить.
Не жить, видимо, мне нормально и по-человечески.
— Скажи, малышка, — выдержав долгу паузу, Лер прервал мои невеселые размышления. — Когда ты впервые увидела Марка, ничего странного не произошло?
