Шеф готовился доказывать в Совете Ассоциации необходимость присутствия агентуры Унипола во всех обитаемых мирах.
И самое главное: на Полете Цапли, Земле, Павлиньем Хвосте, Тихой Ласточке и Гаруде были задержаны коммивояжеры аутмаркета "Коцит", предлагавшие аптекам все тот же товар.
Все семеро (трое на Земле и по одному на каждой из других планет) отказались давать показания. Ко всем семерым с санкции комиссий по соблюдению прав человека были применены чрезвычайные меры - принудительный зондаж. В результате зондажа выяснилось, что все они поручили партии транквилизатора от одного и того же человека, называвшего себя Лайошем Ковачем. Передача товара происходила в одном и том же месте - в административном центре девятого округа планеты Серебристый Лебедь, портовом городе Илионе. Полицейскому департаменту Серебристого Лебедя было направлено изображение Лайоша Ковача, полученное в ходе зондирования, и "полы" уже приступили к розыску.
Все семеро коммивояжеров пытались покончить с собой и теперь находились под постоянным наблюдением в изолированных камерах. "Не дайте им умереть", - об этом просила Славия...
Я вздохнул, в последний раз взглянул на звездное небо и вернулся в комнату. Тихо было в моем жилище, тихо - и одиноко. Хотя сейчас я был в нем не один - Стан сидел на диване и смотрел поливизор, не включая объем и звук; там кто-то в кого-то стрелял, мелькали куртки "полов", полыхало какое-то здание и на полном ходу уносилось от него помятое авто, из которого тоже стреляли - очередной боевик... Стан посмотрел на меня, но ничего не сказал. Второй вечер он приходил ко мне - и я был благодарен ему за это.
Войдя в кабинет, я плотно прикрыл за собой дверь и опустился в кресло у стола.
Меня всегда окружали реальные вещи. Я жил в реальном мире, среди вполне реальных вещей. Теперь же я вынужден был учитывать то, что лежит вне пределов нашей реальности, но способно влиять на нее. Странно это было, странно и нелепо, и я все-таки надеялся, что наш дальнейший поиск приведет к выявлению вполне нормальных, если можно так выразиться, причин происходящего. Потому что никакому Униполу не по силам бороться с потусторонним злом...
Я очень рассчитывал на реалистическое объяснение событий... но память цепко хранила прощальное обращение Славии... И те приснившиеся мне черные треугольники... Нет, не корону изображали они, соединившись, войдя друг в друга. Не корону - черные рога... Все существо мое противилось уходу от обыденного, такого привычного мира, я не переставал верить, что все объяснится и мы раскроем злоумышленников, существ из плоти и крови, людей... но внутренне готовился к худшему.
Я связался с Валентином и принялся читать сообщение, которое он подготовил для меня. Похоронив Славию и вернувшись в Кремс, я дал ему задание подобрать кое-какую информацию. И вот теперь я читал сообщение биокомпа - и прочный и надежный реальный мир, подчиняющийся незыблемым законам природы, мир, в котором множество явлений уже получило исчерпывающее объяснение, начинал расплываться, растворяться в серой дымке потустороннего, иррационального, начинал словно бы выворачиваться наизнанку, приоткрывая свою оборотную сторону, подобную чьему-то тяжелому сну...
Я просил Валентина не углубляться в дебри, а набросать самую общую картину. Кое-что из сведений Валентина было мне известно и раньше, но о многом я ничего не знал. В тишине кабинета читал я о том, кого с незапамятных времен называли злейшим врагом рода человеческого.
Слово "сатана", сообщал Валентин, обозначало у древних иудеев библейских времен противника, неприятеля; такое слово зафиксировано в первых книгах Ветхого завета. В более поздних книгах сатана - это ангел, один из приближенных к Господу; он выполняет обязанности обвинителя людей перед Всевышним. И выполнял он эти обязанности с таким злобным рвением, так яро стремился выявить человеческие пороки и грехи, так ненавидел людское племя, что в конце концов стал столь же отвратителен Господу, как был отвратителен людям.
Этого неумолимого ангела, этого злобного обвинителя землян, карающего грешников, и стали впоследствии называть Дьяволом. При переводе Ветхого завета на греческий язык слово "сатана" превратилось в слово "дьявол", то есть "обвинитель" и даже, скорее, "клеветник". В сообщении Валентина приводились слова Евангелия от Иоанна о Дьяволе: "Он был человекоубийца изначала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он ложь и отец лжи..."
