Ей вдруг стало очень грустно при этой мысли. Потому что, взглянув на собственную жизнь, она видела только одиночество. Когда она только познакомилась с Вероникой здесь, она увидела в ней как раз возможную себя. И она ей так понравилась именно потому, что ее образ – сильная, умная, элегантная, занятая – давал подобие надежды на то, что дело всей жизни может полностью компенсировать одиночество. Но оказалось, что это не так.
– И все-таки, как вам удалось сделать справочник мобильным? – вернулся к теме неподатливый для романтики Волфтейн.
– С помощью живой души.
Марк и Кира с ужасом посмотрели на книгу в руках куратора. Они живо представили, что теперь это настоящая тюрьма.
– Нет-нет-нет! – с улыбкой поспешил разуверить их Джордж. – Все не так, как вы подумали.
– Разъясните, – Марк поднял на библиотекарей хмурый взгляд.
– Это Линда.
Кира машинально начала искать в толпе притихших призраков у стола открытое простое лицо хипповатой главы эзотерического отдела, обрамленное длинными нечесаными волосами с вплетенными в них искусственными ромашками.
– Нет, Кира.
Кошка оторопело воззрилась на Веронику. Остальные призраки и Джордж закивали в знак своего согласия.
– Я… У меня нет слов, Вероника, – у кошки поджилки тряслись от ценности дара и в то же время от ощущения колоссальной ответственности. – Но я… я не уверена, что смогу правильно… А как это работает? Ее нужно выставлять в окно или что-то такое?
Вероника и Джордж переглянулись.
– Мы не знаем, – наконец сказал он. – Это первый в своем роде том. Мы предполагаем лишь, что она будет получать новую информацию из окружающей ее среды и через руки того, кто ею пользуется. Наверное, просто не храните ее в чулане годами, а перевозите с собой. Как мы поняли Вы много переезжаете? Чем чаще ей будут пользоваться, тем лучше она будет себя чувствовать.
– Это просто поразительно…. – Волфтейн от возбуждения чуть не распахнул во всю свои громадные крылья. Он ободряюще сжал Кирино плечо. – Вы сказали
– В процессе, дорогой Марк. Это дело не легкое и кропотливое. На ближайшие годы мы запланировали создать еще 6 таких томов. По одному в каждый крупный филиал КС-СМЕРТЬ, один для главной библиотеки на СТИКСЕ и один для Университета. Конечно, мы вопрос мобильности тоже решим как-то иначе.
– Как Вы много знаете о структуре КС, – недоверчиво пробормотал Марк.
Вероника иронично вздохнула и всплеснула руками.
– Ах Марк. Вы все еще не очень хорошо понимаете, что именно теперь есть в Вашем распоряжении. Конечно, публичных изданий, описывающих работу КС и ее структуру очень мало, хотя в нашей коллекции есть масса учебников и энциклопедий, где что-то наковырять можно. Но мы ведь не просто библиотека – а Мемориум. Мнемаа поглощала память живых людей. Их жизненный опыт. Мы научились создавать из этого опыта книги, чтобы он не исчезал, а сохранялся на страницах. Мы храним эти воспоминания в виде мемуаров, хотя их авторы давно уже в ином мире. Насколько я помню, у нас целый шкаф посвящен памятным историям о столкновении обычных людей с разными проявлениями Контрольных Служб. Я правильно помню, Ганс?
– Все так, мадам. Шесть полок вверх и еще одна в соседнем, на букву «К» во внутреннем круге сектора 5, здесь у нас, в худотделе. Хотите я вас проведу?
– Что за внутренний круг такой? – уточнил Волфтейн.
– Это лучше видеть, Марк. Если это то, о чем я подумала… – Кира вспомнила о тайном ходе на второй этаж, где они с псом обнаружили склад бракованных экземпляров. Теперь ей было понятно, что это был не брак, а книги из мыслей. Вероника кивком подтвердила ее догадку и, словно что-то вспомнив, назидательно подняла вверх изящный указательный палец.
– К слову сказать! Кира, Справочник помнит почти все из того, что есть в Мемориуме на данный момент. Но я не уверена, как именно он различает то, что было действительно написано и издано, а что является переписью из живых воспоминаний. Видимо, Вам нужно будет научиться правильно задавать вопросы.
Кошка любовно погладила обложку пальцами.
– Я найду общий язык. Спасибо Вероника. Это такая честь для меня…
