Со всей округи, магазинов, бутиков, ресторанов, баров, спа–салонов, экскурсий, деревенских отелей Австрии, Германии, прочих уголков Европы, очнувшись от беспробудного … (каждый вставит для себя то слово, какое подходит — например шопинга) приехали, приползли, прилетели, прискакали, прошелестели, дотопали российские болельщики. Шведские песни и желтый цвет сменились гусарскими костюмами, шапками ушанками, буденовками и «Катюшей». Никогда не видел такого единения. Наши шведские друзья загрустили в этой бело–красной массе и решили дождаться своих. Мы договорились встретиться в нашем «многострадальном месте» после матча.
— Хана вам черти — добродушно попрощался я.
— Писец вам будет — поддержал меня Леонид.
— Амбассадор — заключила Лида, переводя на какой–то свой язык наши пожелания.
— А про песца они не поняли — хмыкнула Лида — пока я с умилением махал исчезающим в толпе шведским друзьям. Кто ж знал, что мы их больше уже не увидим. Где же вы наши дорогие шведские собутыльники, как вы поживаете, увидимся ли мы теперь в ЮАР, ну или на Украине. Ну что за будущую встречу, у меня тут водочки есть немного…
— Алё Лёня, вон кафе слева у перехода, видишь… Ты сам ходить можешь? Как не туда смотрю, ах слева. Млять, а я тогда кого тащу. Тьфу ты епть, а ну пошёл отсюда… Кто это был? Как не знаешь, а кто знает.
— Так вернёмся к пиву… Лида куда побежала, стоять я сказал, стреляю…шучу, не надо падать и руки за голову…Сейчас остановимся, да не шатайся ты. Потом уже больше пива не будет, только безалкогольное. Да нет тут туалета, потерпишь до стадиона. Айда пару кружечек на ход ноги — закончил я, уже не успевая, за продирающимися влево к кафе, как ледокол к северному полюсу, шатающимися дружками.
Кафе располагалось около подземного перехода, за которым через мост уже находился стадион и там за мостом пива уже не было. Если не считать пивом безалкогольную дрянь.
— 6 кружек пива, чипсы и вон те крендельки — просипела под мелодию Российского гимна Лида — попробуйте сами эти слова положить на мелодию нашего гимна, хрен у вас получится. Не ну «положить» то получится, а вот пропеть. А у этой особи женского пола получилось похоже.
Далее я смаковал пиво. Леонид глотал и призывно смотрел в сторону стадиона, Лида рассматривала свои кроссовки вблизи у асфальта. Потом мы кричали проходящим болельщикам замысловатые кричалки. Отчаянно приветствовали вновь появившихся здесь российских Ментов песней наша служба и опасна и трудна. Что пел в этот момент Леонид сказать было трудно, но что–то про ЦРУ по моему. Так мы коротали последние два часа до решающего матча.
— Ну что, ик, пошли, а то все плачевно закончится — после третьей предложила Лида, покачиваясь как гимнастка над пропастью.
— Согласен с вами мадам — это уже я, заливая остатки.
— Има–бу–то-пош–кст–с вами ватерклозет — на шведском, прохрипел Леонид, набив рот кренделями со смаком и показывая руками чего хочет.
— Давай быстрее жуй, а то будет как вот с этим товарищем из Брянска — толкнул я в бок нашего «шведа», показывая как в сторону стадиона торжественно пронесли фаната нашей сборной, завернутого во флаг с гербом города Брянска. Леонид отчаянно задвигал челюстями. Боится, что мы его бросим. И правильно.
— Не ссы, Капустин, пое. м отпустим — добавила Лида, подмигивая мне из под стола. Вообще то это я должен был сказать, но кто знал, что эта оторва знает такие поговорки. Да и торможу я уже. Надо бросить пить — пить надо бросить, а у вас ботиночки на тонкой подошве. Тьфу, что за мысли лезут в голову. Лето же, Австрия а не «Сайберия».
В очередной раз, поддерживая друг друга, нырнули в темный забитый болельщиками подземный переход. В темноте раздавались различные песни, было весело.
— Еще немного еще чуть чуть, последний бой он самый трудный — вопил слева, справа или сзади Леонид.
— Боже царя храни, свято и право — раздавалось в конце тоннеля.
— Врагу не сдается наш гордый Варяг — кричал мне кто–то в правое нижнее ухо.
— Zlatan, Zlatan, Zlatan — это от шведской группы сзади.
— И уносит меня, и уносит меня — уносили кого–то слева..
— Они мне предложили бутылку виски и думали что я сдохну. Хрен им в сумку, выпил не поморщился, закусил шницелем и хоть бы хны… говорю несите еще суки, вот они удивились — кто–то с упоением рассказывал сзади.
— Я их за жабры, а где последняя коллекция. Эти уроды смотрят на меня и моего Гошу, хлопают глазами. Я им, чего зырите, несите всё что есть, что я зря с папиком моим любимым приехала — ворковал сбоку женский блондинистый голосок.
— День победы порохом пропах, это праздник со слезами на глазах — вновь дружно рявкнул забитый переход любимую песню.
На той стороне за переходом, справа на траве болельщики, разложив баннеры, последний раз проверяли их содержимое. По ним можно было изучить всю географию нашей страны, ну и Швеции тоже впрочем.
— Туалет — изрек сакраментальную фразу Леонид.
— Больной научился говорить. Полностью поддерживаю ваше желание и согласен поискать эти чудные кабинки. Оставим «знаки» Австрии на память.
