В среду, среди толпы безумных посетителей указанного супермаркета, мы с Константином закупаем помимо мяса еще и небольшие продуктовые наборы для деревенских бабок, которых люблю. Где детство проводил, хотя моя бабуля уже умерла. Берем воду и квас, какой именно знает Константин, он вообще хорошо готовит и разбирается, где и что взять повкуснее и недорого. Что касается пива, то брать в Москве пиво нельзя. По пути в деревню мы запасаемся пивом, произведенным Хвойнинским пивзаводом, исключительное пиво, особенно красное.
Утром в четверг около 7 часов утра группа быстрого реагирования уже готова, младший ребенок собран в дорогу, двух детей брать это уже не отдых, а бедлам, поэтому старшего к бабушкам. После этого мы заезжаем за Костей, как же без него. Человек нагруженной своей незабываемой плащ палаткой, которую он тащит на все мероприятия, обвешанный бутылками с пивом, местного разлива, уж ему то какое брать пойло пофигу, готов к дороге, и уже изрядно под шафе.
Выбраться из Москвы на трассу уметь надо. Через Пятницкое шоссе прямо до Солнечногорска или Зеленограда, а то если через Мкад на Ленинградку то можно простоять все выходные и доехать только до Макдональдса. Кстати еще один Макдональдс расположен на выезде на трассу в Зеленограде и жена всегда орёт, что туда непременно надо заехать за чизбургерами. Дальше идет непереводимая игра слов между женой и Костей. Последний, терпеть не может все американское и говорит, что те, кто придумал Макдональдс колабрационисты. Кто это такие я не знаю, но уроды видимо еще те.
Никогда не знаешь где в этом городе и его пригородах попадешь в пробку. Если жена побеждает, то путь в сторону Зеленограда по Пятницкому шоссе изначально представляет собой легкую такую дорогу, а на деле оказывается дорогой жизни. Узкоколейка и все плетутся из города круглосуточно. Кто работает в Москве непонятно, потому что большая часть «москвичей» круглосуточно стоит в пробке. Булькающий рядом со мной пивом Костя тихо матерится, чтобы не разбудить ребенка. Малый хорошо переносит все виды транспорта, ибо спит, где может. Только автомобиль, поезд, или самолет начинает движение как ребёнок засыпает и беззаботно может проспать всю дорогу. Чего не скажешь о жене и Косте. Оба орут на меня, гаишников, других автолюбителей. Поносят дорогу, дальнобойщиков, клянут Лужкова и так далее и тому подобное. Поплутав по указанной дороге, наша компания выбирается таки к Зеленоградскому Макдональдсу, при этом Константин уже успевает порядочно набраться и выглядит как клоун Рональд Макдоналд. Есть еще маршрут, минуя покупку чизбургеров, если с собой имеется запас бутербродов до Солнечногорска. Тогда там и выскакиваем с паралельной дороги.
Если же через Клин, то остановка у мясокомбината. За проскакивание данного места без остановки жена может и убить. Докторская колбаса, вот что манит моих спутников. И если ты не купишь нарезанную Клинскую свежую колбасу (не такую конечно как в Боровичах, но вполне нормальную), да у хлебозавода свежего, еще теплого хлеба, заклюют тебя водитель твои попутчики. До Красногорска жена и Константин усиленно жуют бутерброды с колбасой, поглощая их в невероятных количествах. Я тоже не отстаю, одной рукой держа руль. В Красногорске трепанги насыщаются и их глаза перестают поглощать свет в автомобиле, а довольные рожи светятся от счастья.
Дальше будет только развязка дальнобойщиков, где наша вновь проголодавшаяся компания останавливается поесть шашлыка в натыканных в том месте придорожных кафе. Правильно, есть риск, что это «жучка» или «барсик», но где мы едим «жучки» вполне съедобные.
Всё бы ничего, но вот дорога до Питера заслуживает отдельного внимания. Две полосы в одном направлении, метров триста, потом у тебя одна полоса, а у встречных две. Как обгонять на этой дороге никому не понятно. Всё приходится делать на свой страх и риск. Вдоль дороги на столбах и мачтах, домах и деревьях обильно развешаны венки, кому судьба не дала завершить маневр.
В районе родника с чистой водой перед знаменитым городом–пробкой «Вышним Гондурасом» Константин традиционно до драки с водителем требует остановить автомобиль, ибо выпитое пиво отчаянно просится наружу. Я отказываюсь останавливаться, развив крейсерскую скорость и мститетельно наблюдаю за мучениями друга. Но в конце концов сдаюсь. Пока я поглощаю вкусную воду родника, жена и Константин штурмуют местные кусты. Обязательным атрибутом этого открытого туалета являются либо запачканные говном их ботинки, либо вымоченные в местном болоте по колено ноги. Тем не менее рожи их принимают довольное выражение, которое стирается в «Вышнем Гондурасе».
