— Кого я вижу — я тут же полез открывать ворота. Запустив джип во двор, мгновенно попал в объятия Лиды и Лёни.
— Вот бумажка твоя, помнишь писал, а мы как раз, дай думаем отдохнем, на Новгород Великий посмотрим, а тут и ты рядом. Я ему говорю, давай заедем, посмотрим как в деревнях люди живут. Он мне, да нас там не ждут. Я говорю, как же, а мы не с пустыми руками — тараторила Лида, целуя меня в обе щеки. Из окна сочась ядом выглядывала морда моей жены и её итальянского воздыхателя.
— Вы это, про не пустые руки, поподробнее пожалуйста — пытался успокоить мою любимую футбольную семейку Костя, заглядывая в многочисленные пакеты.
— А голландцев то как наши, видел, нас не показывали? Мы там так «давали» на стадионе. Весь город оранжевый был. Как они орали, что у нас шансов нет. А ночью мы им ответили, мало не покажется. Вот только на испанцев не хватило, но и так кайф — с упоением рассказывал мне Лёня, доставая из багажника еще с десяток пакетов.
— Вот тут подарки, икра, водка, колбаса и так далее.
— Это вы удачно приехали — уважительно смотря на пакет с икрой и «Белугой», заключили мы с Костей и снова стали обнимать «американскую» семейку.
— Кто это такие? — шептал мне при этом Константин.
— Это я с ними на Евро бухал — также шепотом отвечал я.
— Ура, хорошо, что вы сегодня приехали, как раз под «Вечерю».
— А это что такое? — спросила Лида.
— Сами узнаете, если утром встанете.
— Опять пить? — грустно спросил Лёня.
— Не опять, а снова — весело ответили мы, и пошли знакомить америкашек с женой и её итальянской пиявкой, присосавшейся к нашему дому.
До «Вечери» оставалось полтора часа.
Глава 8.
Джордж после хорошего ужина растянулся на диване, попивая пиво и просматривая спортивную прессу.
Джейн уже несколько месяцев торчала у своих родителей в Пенсильвании. После той поездки с Сэмом, когда его внезапно выдернули и он не приехал на злосчастный ужин к жене, последняя хлопнув дверью уехала к родителям. Редкие разговоры по телефону отдавали холодностью, переходящую во враждебность.
А неделю назад от брата Джейн, который называл свою сестру не иначе как сука, он узнал, что та закрутила роман со своим бывшим одноклассником. Фейсбук им по самые ягодицы.
Узнав об этом, первые два дня Джордж пил по вечерам неразбавленный виски до полного отключения, а на работе забрал себе все материалы подчинённых и вгрызался в них с ожесточением, граничащим с безумием.
Однако к концу недели он успокоился. Другими глазами посмотрел на Мелани, свою новую секретаршу, которая уже третий месяц своими мини юбками и отчаянным макияжем пыталась привлечь внимание симпатичного, но сурового шефа. И завтра вечером он собирался пойти с ней на свидание, для чего заказал столик в одном из самых дорогих ресторанов города.
Звонок от старого «товарища» застал его в предвкушении завтрашней ночи.
— Привет. Надеюсь нас никто не слушает.
— Нет Сэл, не беспокойся. По этому телефону я могу называть тебя даже по имени.
Прослушав просьбу «друга» Джордж, обязанный последнему в том числе и устойчивым финансовым положением, наличием некоего счёта на Каймановых островах, тем не менее удивился, когда речь зашла о том же, о чём их с Сэмом просил «старик» на базе.
Да что это за мальчик такой, которого всем нужно достать.
Впрочем сумма гонорара удивила Джорджа ещё больше, он таки решил сыграть эту партию. Для этого ему нужно будет поднять свои списки лучших наемников этого шарика.
Он разговаривал с заказчиком, накручивая ус на палец руки. Последнее задание не показалось лёгким, а то что последнее он давно уже для себя решил, потихоньку убирая хвосты, стирая свою «историю» наёмника.
Надо только напоследок в определённый день схватить и доставить какого–то хмыря заказчику. Только вот страна, названная заказчиком ему сразу не понравилась. В России всё не как у людей, уж кому как не ему знать об этом.
После разговора с агентом он достал из инкрустированного серебром хьюмидора отличную кубинскую сигару и сел в своё любимое кресло качалку. Неспеша, гильотиной отрезал край сигары, обмакнул его в стоящий на столе бокал с выдержанным бренди, раскурил её и откинувшись на спинку кресла закрыл глаза.
— Презентация через двадцать минут — вырвал его из нирваны грудной голос блондинки секретарши.
