И хотя бурда в бутылке доверия не вызывала от слова «совсем», Антон решительно протянул руку и свернул крышку. Воняло убийственно, но ностальгия уже захватила мозг, погружая в почти забытое, и он смело хлебнул зверское пойло.
— Тош, я честно пытался купить пива, — скорбно глядя на скривившегося друга посетовал Ромка, — но кроме этой бурды вообще ничего не было.
— Пойдет, — выдавил Антон и протянул бутылку обратно. — Да ничего с нами не будет. Не по четырнадцать ведь лет.
Поначалу его оптимистичный прогноз действительно сбывался. Скоро тело наполнилось ватной легкостью, а из головы выскочили все ненужные мысли, вроде шибанутого оборотня или чудаковатого Антипова. Антон молодым козликом доскакал обратно до клуба, широко поулыбался альфам на крыльце, похвалил новую прическу друга детства и, хохоча, даже потрепал его по коротеньким волоскам на затылке. Серега вымученно улыбнулся в ответ, побледнел и принялся коситься куда-то в сторону. Антон мысленно поржал над северными недотрогами, чья интимная зона в разы превышала его собственную, и почесал танцевать. Он твердо принял решение, что от души поизгаляется над ними всеми… но чуточку попозже. Сразу после того как потанцует под еще одну супер-зажигательную композицию… И еще через одну. К тому моменту, когда Антон рухнул на стул, потому что быструю музыку сменила медленная, мир вокруг начал немного приплясывать и чуток кружиться. Он даже не сразу сообразил, что его зовут танцевать, а уж когда увидел, что приглашает его Костя, вообще впал в ступор. Логика в поступках этого парня не прослеживалась, хоть тресни. Видимо, Константин принял минуту молчания за отказ, потому что нахмурился и двинулся в противоположную сторону. Вид у него при этом был пренесчастный, так что, хоть это и было бы достойной местью, проигнорировать его Антон просто не смог. Он встал, привык к чудесам гравитации в голове, догнал Костю и ухватил его за плечо. Альфа обернулся, чуть нахмурился, а потом опять стал беззащитно-удивленным, каким-то по-детски трогательным. Антон хихикнул, сделал шаг назад и поманил его пальцем — жест пошловатый, но, учитывая Антоново состояние, донельзя подходящий. Костя тяжело сглотнул — было видно, как дернулся его кадык, резко вверх и обратно вниз — и шагнул к Антону. Осторожно обхватил его за талию и слегка привлек к себе. От духоты, пусть и медленного, но кружения Антона повело. Буквально через полминуты он обессиленно привалился к Косте и положил голову ему на плечо, почти уткнувшись носом в шею. От альфы умиротворяюще пахло чем-то таким сладко-сдобным, что никогда, в понимании Антона, не ассоциировалось с агрессией, и он расслабился. Кажется, даже успел на минуточку задремать. А потом его замутило враз и с такой страшной силой, что потребовалось титаническое усилие, чтобы не облеваться и не облевать Костю. Антон из последних сил выпутался из уже совсем тесных объятий и, преодолевая жуткое головокружение, которое никуда не делось, потащился к выходу.
Если на улице и стало прохладней, то не намного. По крайней мере, воздух не принес практически никакого облегчения, а назвать его свежим язык не поворачивался. Домой идти было не вариантом. Во-первых, было категорически невозможно, чтобы дед узнал о его состоянии — ко всяким пьянкам в исполнении омег он и так относился плохо, а уж от собственного внука такого вообще не ждал. Во-вторых, Антон не был уверен, что дойдет до дома без приключений, а если что-то случится на улице, то дед об этом непременно узнает. Единственным вариантом оставалась река. Относительная прохлада, вода в шаговой доступности и достаточно укромное местечко. Проблема была только в том, что до нее еще нужно было добраться.
Антон сглотнул, подавил очередной приступ тошноты и двинулся вперед. Хорошее настроение медленно, но верно таяло. Сейчас бы очень пригодился Ромка, но тот благополучно дрых на коленях у Саши, по крайней мере, эта картинка была последним, что отпечаталось у Антона в памяти.
«Как будто кто специально этих сраных кочек понаделал», — раздраженно думал он, перешагивая через одну и тут же спотыкаясь о другую. Упасть ему, правда, не дали. Подхватили, вздернули на ноги и прижали к твердому, но слишком уж жаркому телу.
— Совсем плохо? — участливо спросил Костя, поглядывая на Антона сверху вниз.
