| After paddling a quarter of a mile in this direction, a dark object became visible on the lake, a little to the right; and turning on one side for the purpose, he had soon secured his lost prize to his own boat. | Пройдя на веслах около четверти мили в эту сторону, он заметил немного справа от себя какой-то темный предмет и, сделав поворот, привязал плававшую в воде пирогу к своему суденышку. |
| Deerslayer now examined the heavens, the course of the air, and the position of the two canoes. | Затем Зверобой посмотрел на небо, определил направление ветра и выяснил положение обеих пирог. |
| Finding nothing in either to induce a change of plan, he lay down, and prepared to catch a few hours' sleep, that the morrow might find him equal to its exigencies. | Не заметив нигде ничего, что могло бы заставить его изменить свои планы, он лег и решил несколько часов поспать. |
| Although the hardy and the tired sleep profoundly, even in scenes of danger, it was some time before Deerslayer lost his recollection. | Хотя люди смелые и сильно утомленные спят крепко даже среди опасностей, прошло немало времени, прежде чем Зверобою удалось забыться. |
| His mind dwelt on what had passed, and his half-conscious faculties kept figuring the events of the night, in a sort of waking dream. | События этой ночи были еще свежи в его памяти, и, не переставая в полузабытьи думать о них, он словно грезил наяву. |
| Suddenly he was up and alert, for he fancied he heard the preconcerted signal of Hurry summoning him to the shore. | Внезапно он совсем пробудился: ему почудилось, будто Непоседа дает сигнал подойти к берегу. |
| But all was still as the grave again. | Но снова все стало тихо, как в могиле. |
| The canoes were slowly drifting northward, the thoughtful stars were glimmering in their mild glory over his head, and the forest-bound sheet of water lay embedded between its mountains, as calm and melancholy as if never troubled by the winds, or brightened by a noonday sun. | Пирога медленно дрейфовала к северу, задумчивые звезды в кротком величии мерцали на небе, и водная ширь, со всех сторон окаймленная лесом, покоилась между горами так тихо и печально, как будто ее никогда не волновали ветры и не озаряло полуденное солнце. |
| Once more the loon raised his tremulous cry, near the foot of the lake, and the mystery of the alarm was explained. | Прозвучал еще раз дрожащий крик гагары, и Зверобой понял, что заставило его внезапно проснуться. |
| Deerslayer adjusted his hard pillow, stretched his form in the bottom of the canoe, and slept. | Он поправил свое жесткое изголовье, вытянулся на дне пироги и уснул. |
| Chapter VII. | Глава 7 |
| "Clear, placid Leman I Thy contrasted lake With the wild world I dwelt in, is a thing Which warns me, with its stillness, to forsake Earth's troubled waters for a purer spring. | Леман! 26 Как сладок мир твой для поэта, Изведавшего горечь бытия! От мутных волн, от суетного света К тебе пришел я, горная струя. |
| This quiet sail is as a noiseless wing To waft me from distraction; once I loved Torn ocean's roar, but thy soft murmuring Sounds sweet as if a sister's voice reproved, That I with stern delights should e'er have been so moved." BYRON. | Неси ж меня, бесшумная ладья! Душа отвергла сумрачное море Для светлых вод, и, мниться, слышу я, Сестра, твой голос в их согласном хоре! Вернись! Что ищешь ты в бушующем просторе? |
| Day had fairly dawned before the young man, whom we have left in the situation described in the last chapter, again opened his eyes. | Уже совсем рассвело, когда молодой человек снова открыл глаза. |
