Вот он сидит со стаканом огневиски, отхлёбывает и слушает Люпина. Хогвартские новости - Минерва, счастливица, исполняет свои обязанности, Попечительский совет объявил войну старине Альбусу за что-то там неважное, вроде чьих-то баллов в дипломах по его, Сева, Продвинутому Зельеварению, и понимает, что Неспящим он успел запороть дипломы.
Впрочем, почему «успел»? Он, как профессор, оставался всё это время в школе, принимая экзаме… Почему «оставался»? Он, что, ездил на конференцию Конгрегации Европейских алхимиков?..
И он, Сев, мгновенно становится аб-со-лют-но трезвым. Что с того, что у него нет под рукой Антипохмельного зелья?
Взял и протрезвел, и начал загружать всё ещё девственника - Ремуса та-а-кими подробностями их с братом…
И он, Сев, торжественно произносит: «Именем моим - Северус Ориус Снейп и честью рода Снейпов - чистокровнейших магов, клянусь, что спал я со своим сводным братом Снепиусом Квотриусом Малефицием, и было это не давнее, чем… ".
Снейп, несмотря на парящую духоту за окном и стенами проклятого дома проснулся в холодном поту - он запомнил весь сон.
И этот, показавшийся Северусу вначале кошмарным видением, сон, хранил две важные тайны, одну из которых ему теперь не узнать, ведь вещие сны повторяются только в легендах - сколько дней или, того хуже - недель, предстоит провести ему, Севу, в этом злобном жарком мире, а вторую он не смел даже начать разгадывать.
Он запомнил… как блеснули волчьи глаза Ремуса, когда тот спрашивал у него, Сева: «Какова она?» и какой жгучей обидой преисполнились, когда тот, конечно, ненастоящий Рем-из-сна узнал, что избранником Северуса стал мужчина.
Снейп не желал больше мусолить эту призрачную, глупую мысль, взбредшую в голову просто-напросто больного и обессиленного человека в палящем мареве надвигающейся новой ночной грозы.
Не желающий себе в этом признаваться, но предострежённый видением Снейп твёрдо решил провести наступающую ночь в одиночестве.
Вечер же, хоть и душный, рассудил он посвятить долгожданному посещению терм для непосредственной необходимости и чтобы не встречаться с любовником, провоцируя того зазря, ведь, как ни отпирался Северус от их, всё же, противоестественной связи, имел он в сердце к Квотриусу желание великое.
И горько плакало его сердце, сжатое в железный кулак воли и самообладания, которых было Снейпу не занимать, напротив, мог он щедро делиться с людьми слабохарактерными и ранимыми.
И вздымалась и бунтовала плоть его против Господина своего, но усилиями разума и силы, которых также было отмеряно Северусу немало, заставил он покориться тело своё, но не подыматься супротив хозяина.
И терзалась, рыдая, душа его, не желая мириться с утратой желания - а может, и любви? - разделённой, одной на двоих, едва познанной, но Снейпу удалось и душу заставить умолкнуть, ибо противно желания Господина вела она себя образом неподобающим.
И пошёл он в баню, то есть, тьфу, в термы.
