Спрашивал младший брат с надеждой в голосе, глядя снизу вверх, в непроницаемые теперь глаза Северуса.
- Нет, - отрезал жёстко Снейп. - Тебе не место среди рабов, ты - всадник, причём потомственный, с правом передачи этого звания своим будущим детям.
Хватит ломать комедию, ты - плохой актёр. Зачем всё это самоуничижение?
Потомственный всадник не может быть рабом, и прекрасно знаешь ты сие.
- Знаю, но местом моего проживания может быть и камора для рабов, если сие угодно тебе - Господину дома.
- Да у тебя совсем нет гордости, Квотриус. Я же, напротив, горделив, и мне неприятен будет такой вечно унижающийся возлюб… желанный брат. И вот, что я скажу тебе - не люблю я тебя так, как хотелось бы тебе. Вот возьму и не возжелаю тебя боле, что тогда с тобою станется, скажи?
- Да даже от нелюбови твоей отворю я себе вены и…
- Дальше уже знаю я - будешь «до потери сознания, до последней капли крови звать меня», но знай - я не приду.
- Так… уже разлюбил меня ты?
- Нет, я только-только влюбился в тебя, но если в тебе не появится толика гордости, разлюблю. Я не хочу совокупляться с рабом или животным, хотя даже у некоторых животных есть гордость, не то, что у тебя, воз-люб-лен-ный мой, - последние слова Северус буквально выплюнул.
Да приведи же в чувство эту куклу!
- Я уже говорил тебе, Северус, я ничего не могу увидеть.
- Lumos maxima! Смотри теперь. Ну, что там?
- Как ты и говорил, несколько ссадин, но почему они так обильно кровоточат?
- Потому, что это голова, там полно кровеносных сосудов, и об этом ты - воин, должен знать лучше меня. Ведь любая ссадина или царапина на черепе приводит к обильному кровотечению, не так ли?
Ладно, что-то ты неживой с тех пор, как поговорил с матерью, я сам приведу её в чувство, а ты заодно учись, запоминай слово и пасс, то есть движение руки с волшебной палочкой, совершаемое одновременно с произнесением заклинания.
Потом повторишь - я буду держать твою руку с волшебной палочкой в своей и направлять её, если ты ошибёшься. А ошибёшься ты в первый раз обязательно, это я тебе, как профе… В общем… знаю я сие, и можешь ты поверить мне в этом и не стесняться ошибок, коих будет ещё множество.
В общем, я в этом полностью и до конца уверен, так что только не бойся ошибаться.
Надо пробовать, оттачивать своё мастерство до состояния идеала, который для тебя ещё долго будет недостижим.
Но попробуй повторить за мной это:
- Enervate!
Зельевар сопроводил замедленно произнесённое слово специально медлительным пассом, тренируя брата.
-
Разумеется, Нина не пришла в себя от такого показательного выступления. Квотриус осторожно опустил голову матери на пол, отодвинув её от расплывшегося кровавого пятна, так, что фигура женщины изогнулась в талии и действительно стала напоминать сломанную куклу.
- Кажется мне, что теперь пришла очередь моя взять в руки это грозное оружие, ведь я запомнил это движение ещё с тех времён, когда ты в первый день появления в доме отца вернул дух жизни жалкому рабу, боровшемуся с созданным тобой же медведем.
Произнёс Квотриус ровным, отчётливым голосом, отнюдь не преисполненным страха перед своей первой попыткой волхвования.
- Да, брат мой, бери палочку бережно, вот так, почувствуй, когда (
Запомнил?
- Да, брат мой, возлюбленный мой.
- Я положу свою кисть поверх твоей, чтобы помочь тебе, а помощь должна понадобиться, я, как и говорил, в этом уверен, поверь моему опыту препо…
В общем, начинай, помни - слово и движение одновременно.
И Квотриус совершил невозможное, произнеся неизвестное слово и впервые в жизни делая такой пасс.
Северус почувствовал, как сила вливается и ему в руку и подивился мощной магической энергетике брата.
Нина мгновенно открыла глаза, а Северус, не теряя ни мгновения, резко выдернул палочку из пальцев брата и произнёс, направив её в низкий потолок опочивальни:
- Lumos maxima!
