Он и плакал-то именно от странного чувства, впервые за всё время, которое он был рабом, щемящего сердце и, одновременно, будоражащего кровь - чувства несправедливости хозяев - Истинных Людей. Они, благородные хозяева, поступали с Тох`ымом плохо, несправедливо. Но кто знает, что такое справедливость Истинных Людей на самом деле? Не рабу же это знать, ему только смотреть остаётся, как мучают товарища, брата, большего, чем брат, родного человека, тоже, к несчастью, раба.
Да, к Х`аррэ дней с два раза по руке раз как, стали приходить странные видения - воспоминания, прямо во время кочёвки, толкания телеги с шатром - домом Истинных Людей и выполнения различных работ, отчего ему всё тяжелее и грустнее было быть рабом.
Он помнил величественное строение из, подумать только, камня! В нём Х`аррэ не спал на земле, у него было очень мягкое нечто на ножках, в котором он спал, и ему там давали хорошую жратву - по три! - раза в день, причём не заставляя за неё работать, а просто так. Жрачка, вкус которой он всё чаще вспоминал, была сытной, и её было так много, что можно было нажраться от пуза.
А ещё Х`аррэ там… летал на какой-то палке с ворохом прутьев, летал так умело, что мог даже направлять палку с огромной высоты прямо в землю, а потом лететь над землёй низко-низко под оглушающий рёв огромной толпы, он был уверен, свободных людей.
Видимо, он и… там был рабом и кормили его и давали мягко спать только за то, чтобы он, Х`аррэ, развлекал своим умением хозяев.
Но странное дело - там он был одет в красивые одежды, каждый день словно по воле великого колдуна становящиеся совсем чистыми, и одежд у него было множество - много-цветов, красивых, не рваных.
И ещё одно смущало бедного раба Х`аррэ - его… там ни разу не наказывали, не били, не шпыняли, не толкали грубо в спину или живот, как делают всегда проходящие мимо Истинные Люди, просто за то, что он - самый слабый раб. Самый молодой раб, но ему, Х`аррэ, было бы уже пора обзавестись семьёй к его-то годам, будь он, конечно, свободным Истинным Человеком.
- Опусти свои наглые глаза, Тох`ым, смотри в землю! Склони голову, как положено рабу перед воинами и самим вождём! - вывел Х`аррэ из ступора грозный голос Х`ынгу.
Внезапные, как всегда, непрошенно нахлынувшие воспоминания о жизни, которая ему, наверное, приснилась однажды, когда он не устал до обычного состояния мёртвого сна, тут же прервались.
Х`аррэ вернулся в страшную, несправедливую, полную мучений и издевательств действительность.
-
Х`аррэ взмолился мысленно изо всех сил
Но Тох`ым сказал сегодня утром, что ощутил гордость, а она может быть только у воинов Истинных Людей. Значит, он вынесет страдания и не опустит своих прекрасных ореховых, как же это правильно, а, каричнивых, глаз.
Нет, как-то не так, а… как правильно?
Как же сверкает в его загадочного цвета глазах ненависть к мучителям! Но они же хозяева, Тох`ым! Нельзя смотреть в глаза благородным хозяевам! Ведь иначе тебя снова изобьют бичом, а разве мало боли ты испытал и до сих пор испытываешь, Тох`ым?! Х`аррэ умоляет тебя опустить глаза!
-
Внезапно Тох`ым вздрогнул, нашёл в толпе рабов щуплую, низкорослую, так не подходящую уже половозрелому юноше лет два раза по пять пальцев и три, а, может, и четыре пальца, фигурку и встретился взглядом с глазами Х`аррэ. В них плескалось страдание, едва ли не большее, чем то, что испытывал сейчас Тох`ым в реальности, отдавая кровь на потербу сдохшему насильнику.
Потом он улыбнулся Х`аррэ слегка уголками красивых губ и отвернулся, наконец-то опустив голову, словно услышал Тох`ым мысленный зов Х`аррэ и исполнил просьбу друга.
Кровь Тох`ыма всё лилась из развороченной груди, но вождь заметил движение наглого раба и его улыбку.
- Кому ты лыбишься, мразь?! - взревел Х`ынгу, достал свой меч и в пол-силы, так, чтобы раб не потерял сознание, и ритуал продолжался, ударил его им плашмя по голове.
Тох`ым изрядно покачнулся, брат того-который-умер, вдавивший каменную чащу в рассечённую грудь раба, всё же молча, ибо ему не полагалось издать ни звука во время сбора крови, тоже.
Но Тох`ым лишь переступил с ноги на ногу и устоял, вновь быстро подняв голову и вперившись в чёрные глаза вождя своими, удлинёнными, ореховыми, за что получил новый мгновенный удар по макушке, чуть сильнее предыдущего.
- Не смотри на вождя, Тох`ым, умоляю, а то я сейчас в не-здесь грохнусь от вида твоих мучений!
В голове Тох`ыма прозвучал звенящий от напряжения голос Х`аррэ.
