Нет. Словно легкий, ловкий пловец, он направил свой полет к самому потолку сетчатой клетки, окружавшей его. Голос, все это время обращавшийся к нему, оказался вдруг голосом Тупелова. Он продолжал говорить, возбужденно, ободряюще. Теперь он начал давать приказы, и Мишель прислушался, но лишь в той мере, чтобы уловить смысл того, что хотел от него Секретарь Обороны. Он послушно пересек пространство клетки, вернулся на то место, с которого взлетел.
Как только ступни его ног оказались снова на твердой поверхности в центре желтого перекрестия, к нему бросилась дюжина людей. Не отстал от остальных и Франк Маркус, и Мишель оперся на один из его ящиков, тем самым отделив себя от столпившихся вокруг людей. Как только первый взрыв вопросов утих и руководители занялись беседой между собой, Маркус заметил:
— Когда я первый раз попробовал эту штуку, Мишель я едва не прорвал сеть. Так же, как и еще один пилот, единственный, добравшийся в испытаниях до этого этапа. Они сказали, что не надо тебя предупреждать, чтобы ты сам старался найти выход. Наверное, они правильно сделали.
— А кто был тот человек?
— Один пилот. Он ударился в сеть и просто взбесился.
— На самом старте что-то начинает тянуть в сторону, — сказал Мишель.
— Ага. — Искусственное тело Франка было совершенно неподвижно, и каким-то образом Мишель чувствовал, что пилот напряженно слушает.
Мишель вдруг поперхнулся и замолчал. Он не знал, как объяснить словами то, что он сделал, чтобы прекратить боковой снос — не существовало еще нужных для этого слов, и даже необходимого для выражения таких вещей языка. И его потрясло то, что Франк, взрослый мужчина, среди взрослых людей, стоял и внимательно ждал, что скажет Мишель.
В тот первый день испытаний он совершил еще два полета, выполняя все более сложные маневры. И он не успел утомиться, когда они приказали ему остановиться.
Следующие два дня он гулял по Базе в сопровождении Кармен и Энсин Шнейдер, немного вырезал, отдыхал, когда ему говорили, что необходимо отдохнуть, хотя он все еще не чувствовал никакой усталости. В присутствии телохранителей он без особого удовольствия играл с несколькими детьми, чьи родители работали на Базе. Тем временем, как ему сообщили, были оценены первые полетные испытания и небольшие изменения внесены в систему Ланселота. Потом он снова оказался на платформе гигантского лифта, одетый в оранжевый спортивный костюм и закутанный в дымчатое полотно Ланселота. Франк Маркус, который снова поднимался вместе с ним, на этот раз был трансформирован в то, что называл полетным скафандром — овальный, яйцеобразный контейнер. Оказавшись на поверхности, Мишель сразу обратил внимание, что медленно поднимающееся над горизонтом Солнце зажгло пламенем серебра края кратера. Потом он заметил второе отличие — исчезла сетчатая клетка.
Сквозь прозрачное забрало шлема ему улыбнулось лицо Тупелова, еще раз внимательно его осмотревшего. Потом Секретарь быстро отвернулся. Скафандровые калеки, целая толпа, внезапно подумал Мишель, и ощутил неожиданное чувство родства с Маркусом.
Приземистое металлическое яйцо приобрело очертания несущейся пули — вокруг него замерцало дымчатое полотно нематериальных крыльев Ланселота. Это техники осторожно начали обряжать Франка в его собственный вариант Ланселота.
И когда Франк снова обратился к Мишелю, то сделал это уже не по радио, а через контакт их полей, чтобы их не мог слышать никто посторонний.
— Малыш, мне кажется, что они устроили какую-то гонку.
Приказом мысли Мишель отключил свой собственный передатчик.
— И мне тоже, — ответил он. — Я точно не знаю. Но догадываюсь, что это так. Они еще мне не сказали, чего хотят сегодня.
— Они ведь тебе много не рассказывают, ведь так? Сегодня отрабатываем элементарные боевые маневры. Я уже один раз это пробовал. Они запустят что-то вроде автоматического зонда, а мы по очереди будем его догонять, ловить, атаковать и так далее.
— Вот как? А каким оружием?
— Помнишь, что я тебе сказал, когда ты спросил меня об управлении Ланселотом?
— Да. Помню. Я понял.
Каково же естественное оружие его нового тела? Сюда должны включаться кулаки и ноги, кроме того, он мог бы нанести врагу вред зубами. Но этого мало. Когда подойдет время, он сообразит, что делать.
Первым приказано было стартовать Франку, который занял позицию в центре уже привычного желтого перекрестия. Кто-то объявил, что зонд уже готов к запуску. За последние несколько дней Мишель повидал множество различных машин и устройств на Лунной Базе, и теперь без особого труда определил общий тип подготовленного летающего автомата: транспортная платформа, во много раз превышающая в подъемной силе возможности мышц человека, но далеко не такая скоростная, как многие другие транспортные автоматы. Миниатюрный двигатель был такого же типа, что уже несколько столетий использовался космическими кораблями в зонах гравитации — он работал на принципе сворачивания гравиполей, развивая тягу за счет реакции с самой материей пространства.
