Потянулось время, когда Егор домой приходил лишь к вечеру. Остальное время уходило на занятия воинскими делами со своим десятком. Ему уже сказали, что скоро ему предстоит поход вёрст за сорок, дабы прочесать местность и доложить, если обнаружатся, татарские орды или караулы.
– Как же я одна останусь без тебя? – чуть не голосила Гузель. – Сколько ты будешь в том карауле шастать по лесам и речкам? Осень на дворе, холодно уж!
– Об том и разговора быть не должно, Гузель, – жёстко ответил Егор. – Думаю, что недели две буду отсутствовать. Время пролетит быстро. Зато жди подарка.
– Не нужны мне твои подарки, коль тебя нет рядом! – воскликнула обиженно и даже со злостью Гузель.
– Можно и потерпеть, – не унимался Егор и сделал вид, что разговор он продолжать об этом не намерен. – Мне куда труднее будет. Работать-то надо везде.
Гузель не стала больше приставать, уткнулась в подушку и молча переживала скорое расставание. Это её страшило самым серьёзным образом.
Она стала всё чаще плохо себя чувствовать. Беременность давала о себе знать. Настроение часто менялось, причём больше в худшую сторону. Егорка это видел и тоже чувствовал себя неважно, злился, но помалкивал.
Наконец он получил приказ от воеводы через два дня выступать на полдень и продвинуться вёрст на сто, не дальше, и осмотреть округу.
– Больше одной вьючной лошади дать не могу, – заметил воевода. – Их у нас и так мало. Жратву сами будете добывать. Хотя деревень там почти нет, но уж старайтесь. На неделю получите пшена, сухарей и лука. Ещё полфунта сала на каждого. Это всё. Осмотреть всё внимательно. Не пропускай ни одного оврага или лога. Татарва часто выбирает также места для схоронок. Учти такое, Егорка.
Дул свежий холодный ветер. По серому небу неслись серые же тучи, грозя пролиться дождём. А до вечера ещё далеко. И жилья нигде не видно. Десяток всадников трусили мелкой рысью без дороги. Лишь слегка заметная тропа уходила всё дальше на полдень. А кругом леса уже с голыми деревьями, и лишь на отдельных деревьях сохранилось немного пожухлых листьев.
– Ребята, кто тут раньше бывал? – обернулся Егор к ехавшим следом.
– Ну я, – ответил воин третий в шеренге. – А чего надо-то?
– Погода вишь какая надвигается. Деревенька тут может встретиться? Не хотелось бы ночевать в лесу. Зябко стало.
– Если так, то стоит податься на заход, Егор. Версты четыре – и можно найти деревеньку изб в десять. Если не собьёмся с дороги. А её-то и нет тут.
– Нам всё одно ехать в том направлении. Веди, коль так.
Шеренга посторонилась, кони прижались к зарослям, и Ефим, так звали воина, выдвинулся в провожатые. Ехали молча. Смотреть по сторонам было бесполезно, всё одно ничего не разглядишь. По приказу Егора цепь растянулась, выдвинув Ефима шагов на тридцать вперёд. Там и тропы не было.
Прошёл час с небольшим, впереди что-то зашуршало. Насторожились, приготовили луки, остановились, подтягиваясь. Послышался голос Ефима:
– А ну выходь сюда! Кто там? Стреляю!
Егор подъехал ближе, держа лук наготове. Спросил тихо:
– Чего узрел, парень?
– Кто-то затаился шагах в десяти. Зашумел и стих. Кликни ты ещё.
На зов Егора в кустах затрещало, и испуганный голос проговорил:
– Вы русские? Я тож русская! Со мной братик и сестрёнка. Вы нас не убьёте?
– Кто ж своих убивает? – тут же отозвался Егор. – Показывайся, а то мы тебя не видим. Кто ты такая, девка?
Ветки затрещали, показалась молодая девушка с двумя детьми не старше десяти лет – мальчик и девчушка.
– Откуда вы тут взялись? – спросил Егор и внимательно оглядывал лес.
– Убежали, когда на нашу деревню напали, дяденька!
– Далеко твоя деревня?
– С версту будет, дяденька. Может, больше. Кто его знает. Бежали, ничего не замечали вокруг.
– Кто напал-то? Татары или разбойники?
– Там были и татары, дяденька. Но и русские тож. Сама видела таких.
– И сколько их, ты можешь сказать?
– Да разве я считала, дяденька? Как узрела, так и побежала в лес. Наша изба оказалась крайней. Думаю, что не меньше десятка.
– А родители твои? Они-то где?
– Они в поле были. Их, наверное, захватили те разбойники, тати проклятые!
– Ладно, не реви, – успокаивал Егор девушку, а затем спросил участливо: – То твои дети или братик с сестрой?
– То брат с сестрёнкой. А мой муж с родителями был. Наверное, убили, ироды!
– Давно напали? – уже соображая, спросил Егор.
– Недавно. Сколько времени прошло, я не могу сказать. Страшно было.
– Ребята, сажайте ребятню к себе – и в деревню. Веди, девка. Не шуметь!
Вереница всадников спешным шагом направилась дальше, и тут же показалась тропа. Поехали быстрее.
Девушка тихо рассказала, что недавно вышла замуж и скоро у неё будет дитятко. У Егора в голове возник образ Гузель, тоже ждущей ребёнка. Чувство тоски нахлынуло на него, заслонив скорую опасность. Но пришлось встряхнуться и оглядеться по сторонам.
Лес поредел. Виднелись проплешины, вырубки, по всему видно – деревня близко. Егор поднял руку, приказывая остановиться.
– Что задумал, Егорка? – часто дыша, спросил Ефим. – Надо бы разведать.
