– Она церковь посещает, сотник, – не очень смело ответил Егор. – Её ещё на Волге, когда она оказалась у нас, наш поп причащал, говорил ей основы нашей веры, и она её охотно приняла. Он нас и венчал, – добавил Егор поспешно.
– Красивую бабу отхватил, – заметил Кондрат. – Смотри, как бы кто не увёл.
– Голову оторву за такое, – пригрозил Егор, зло глянув на спутника.
Тот не ответил и прошёл к сараю, как показалось Егору. Но то было место, где караульные и прочие воины могли спать и есть.
Кондрат долго разговаривал с Егором, будто о простых вещах, но часто сворачивал на военные, выпытывая подробности жизни Егора. Под конец сказал жёстко:
– Ладно, парень, хватит разговоры водить. Пора и делом заняться. Готов?
– Как скажешь, начальник. А чем займёмся?
– Вот тебе меч берёзовый, – протянул довольно тяжёлый выструганный меч, копию боевого. – Поработаем с тобой малость. Погляжу, что ты собой представляешь. Не против? – И пытливо глядел на молодого воина.
– Давно не занимался этим делом, но надо же начинать. Давай уж!
Они вышли на двор, за ним потянулись несколько воинов, что балагурили на соломе и с интересом поглядывали на Егора.
– Что за мужик, Кондрат? – услышал Егор голос сзади. Обернулся. Близко стоял молодой, чуть старше Егора, воин почти в полном снаряжении. Лишь шишак отсутствовал, но кольчужка и наплечники были.
– Никитич-купец посоветовал взять. Заверял, что стоящий воин будет. Вот согласился проверить. Посмотришь?
– А как же? Времени у меня ещё много, так что можно и посмотреть. Ты его не очень-то гоняй. Ещё замучаешь, ха-ха!
Кондрат кивнул, обернулся к Егору.
– Готов? – спросил, становясь в позу.
– Давай! – задорно ответил Егор и тоже ощетинился мечом.
Поединок начался довольно вяло, но скоро Кондрат нажал, а Егор понял, что перед ним опытный боец, и посерьёзнел. Вокруг мужики посмеивались, кричали, ободряя Кондрата, понуждая нажать ещё. Все поняли, что Егорка достаточно силён, и с интересом наблюдали за поединком.
– Хватит! – сделал шаг назад Кондрат и вытер лоб рукавом. – Стар я для длительного боя. – Обернулся к латнику и спросил серьёзно: – Ну как тебе юнец?
– А что? Умотал он тебя, Кондрат. Хорошо держит удар, да и защита знатная. Где овладел наукой?
– Хлыновец он, – ответил Кондрат. – Так что парень что надо. Будет десятником у тебя, Федька. Подойдёт? Главный распорядился уже.
– Хорошим ребятам завсегда рад, Кондрат. Как звать-то? – обратился он к Егору, разглядывая его с заметным интересом.
Егор назвал себя, сказал, где живёт. Федька усмехнулся и спросил, как и воевода, блеснув азартно глазами:
– Ты у кормщика Герасима живёшь? С басурманкой?
Егор согласно кивнул. Слова сотника покоробили его. Но всё это скрыл, не собираясь осложнять первое впечатление о себе…
А Кондрат тут же предложил Федьке:
– Нечего лясы точить, Федя. Веди его, укажи место, и пусть знакомятся. Завтра пусть его десяток будет в остроге. Он должен знать своих воинов. Егор, теперь Фёдор – твой основной начальник. Слушай его и не перечь. Он того не признаёт. Так что не ерепенься, а то я вижу, что энто у тебя выпирает наружу. Ты служивый человек и должен слушать начальство. С конём управляешься?
– А как же, начальник. Больше двухсот вёрст отмахал до Дона. То мне в радость. Не то что на вёслах сидеть целый день, муторно.
– То хорошо. Федя, определи его в конники для ближних и дальних разъездов. И мужиков подбери для такого дела ему. Ходят слухи, что татары стали шастать вокруг. Стоит последить за ними в отдалении. Учти мои слова.
– Не беспокойся, Кондрат. Сделаем, куда деваться. Эй, Егорка, пошли, тут два воина из твоего десятка сидят на башне. Кликну щас.
Вечером Егор всё рассказывал Гузель и Герасиму. Кормщик заметил:
– Тяжело будет тебе, Егорка. Но и прибыльно. Жена, видать, не одобряет тебя.
Гузель вскинула голову на Егора, но тот не обратил на неё внимания.
– Так ведь дело у меня. А кто денежки будет зарабатывать? А там будет, что запихать в перемётные сумки.
– Ты в конники записался? – спросил Герасим.
– То меня записали, – ответил Егор. – Буду шастать по дальним землям. Высматривать татар и доносить о них сюда.
– А нападут, что тогда? – подала голос Гузель и глаза выдали её страх.
– Будем биться, что ещё! – бодро воскликнул Егор. – Так на Руси постоянно случается. В кременце слушал, что татары уж больно резвые стали. Может, что и задумали. Значит, надо их сторожить и разведывать. Дело важное. Гузель, жди подарки. Обязательно привезу из какого-нибудь похода. У меня сотник – бравый мужик. Тоже молод, но постарше меня. Фёдором кличут. Знаешь его? – повернулся к Герасиму и вопросительно глянул на него.
– Знаю. Его все знают. Ты его стерегись, Егорка. Вредный человек. И за бабами горазд ударить. А твоя уж больно заметная среди остальных. Смотри уж…
Гузель сверкнула тёмными глазами, поджала губы и ушла к себе, оставив мужиков продолжать разговор.
