Рениус еще раз аккуратно осмотрел раны своего боевого товарища.
- Одна на другую зашла, - прокомментировал он две пересекающиеся кровавые полоски. - Напоминает что-то, а что не помню. Голова не болит?
- Не-а. Гудит только. Испугался сильно.
- Немудрено. Порез довольно глубокий.
- Я почти не понимал, что они говорили. Это было страшно. Почему они постоянно колдовали?
- Колдовали? Когда это?
- Ну, повторяли одно и то же через слово. Это же заклинания были? Нак…
Рениус резко прикрыл Залу ладонью рот.
- Не произноси этих слов, Зал. Никогда! - Он смотрел ему прямо в глаза, а камень на шлеме слегка побагровел. - К твоему счастью, они не были заклинаниями. Но это — оскверненный, грязный язык. Испорченная речь для бесправных слуг, мнящих себя хозяевами Вселенной.
Воин сел рядом с огорченным видом, глядя куда-то вдаль на ландшафт, заполненный ямами, буреломом и поваленными деревьями.
- А что они означают? Ведь если язык — то для чего-то нужно?
Рениус немного помолчал. Наверное, тема для него была грустной.
- Когда-то они имели смысл. И даже магический, - произнес он тихим голосом, спустя полминуты. - А потом... потом просто стали пустым мусором, который оскверняет речь тех, кто им пользуется.
- Но что они означали раньше?
- Поверь, лучше тебе этого не знать - слишком отвратительно. Пить хочешь?
- Ага, - Зал взял протянутую флягу с водой и сделал несколько глотков.
- А вообще, пользоваться подобными словами глупо. - Рениус сам сделал несколько глотков и спрятал флягу в котомку. - Тот, кто их использует, теряет силу собственных слов.
- Разве слова способны иметь силу? - удивленно спросил Зал. О таком он никогда и не подозревал. Хотя, если подумать...
- Способны, Зал. Скажу даже больше — в начале Мира было слово. Великое, священное слово. Но сейчас его никто не знает.
Юноша замолчал, осмысливая сказанное. Уж больно все это походило на сказку.
- И все-таки, я не понимаю. Что за силу может иметь слово? Это что — такая особая магия?
- Называй как угодно. Каждое слово, каждая произнесенная нами фраза, обладает возможностью к исполнению. Но именно возможностью. Не все слова исполняются. Не все заклинания свершаются. И у развитого существа вероятность того, что любое его слово станет правдой, воплотившись в реальном мире, очень высока.
- Но как слово может обладать силой? Я никогда не замечал этого.
Рениус положил котомку под голову, и, не снимая шлем, осторожно прилег, закрыв глаза.
- Чтобы слово стало силой необходимо соблюдение нескольких условий, - продолжил он. - И одно из них — речь, не замусоренная посторонними, ничего не значащими словами. Чистая речь. Положение некоторых демонов даже смешно, если смотреть на это правило: они считают себя сильными, свободными и значимыми, используя и продвигая испорченный язык, а в действительности проявляют слабость, зависимость и полное убожество. Слово не может воплотиться, не может быть услышано, если его подавляет слишком много постороннего шума.
- Это как с водопадом, да?
- Правильно. Нужно слишком громко кричать, чтобы перекричать водопад.
- А еще какие условия есть? Почему могут не исполняться слова?
- Многословие и болтливость. Когда слов слишком много, они не успевают накопить свою силу. Просто утекают. Склонность привирать, неумение сдерживать даже малые обещания тоже не дают силе проявиться. Чтобы слова стали силой, надо самому постараться, чтобы обещания не расходились с делом. Сперва ты работаешь над воплощением слов. А потом слова сами работают на тебя, свершая сказанное. А еще это большой труд и большая ответственность.
- Но демоны? Разве они всего этого не знают?
Рениус открыл глаза и выдохнул:
- Уф-ф-ф… Кто-то знает, кто-то нет. Если ты заметил, те, которых мы встретили, свою речь совсем не контролировали, не желая сковывать собственную «свободу» и «самовыражение». А в итоге все самовыражение ушло в серость и неотличимость от всех подобных. Грязные, оскверненные слова стали контролировать их речь. А через речь — и их поведение, их дальнейшую судьбу. Помнишь, про водопад? Когда мусора слишком много, и он способен совершить нечто отвратительное. Но зависеть это уже будет не от самих демонов — они будут лишь инструментом.
Воин приподнялся и сел. Протянул руку к своему щиту и знаком показал молчать. Зал замер.
Так они просидели минуту. Наконец Рениус расслабился:
- Показалось. Но нам следует быть начеку.
Он поднялся и потянулся руками вверх, совершая своеобразную зарядку.
- А еще слова лучше срабатывают, когда они выражены в ритмичной форме. Стихами, например. Их хорошо слышат некоторые существа. И даже могут отозваться, - неожиданно произнес он. - Попробуй как-нибудь на досуге.
- Скажешь тоже, - Зал смущенно махнул рукой. - У меня в рифму не очень получается. Я уже пробовал.
- Это неважно. Важно, что ты чувствуешь природу и ее ритм. Ты же общался с теку? Разве нет? - Рениус сел на землю, повернувшись к собеседнику.
- Не-а. Я просто с ними играл.
- Это почти то же самое. Для них игра и общение — практически одно и тоже.
- А у вас они тоже есть? - Зал немного наклонил голову. - А, ну да — у вас же водный мир.
