Он отправился вглубь двора, а его приятель остался разглядывать заостренные носки своих легких туфель. Изредка он украдкой бросал на меня взгляд. Я стоял, стараясь сохранить непроницаемый вид. Полине, конечно, нужно было сказать о Викторе. Я чувствовал, что нужно. Только… Черт! Не знаю я… Они разругались и, насколько я мог судить, разругались в хлам. Полине вернули способности. Так что сейчас она полноценная чародейка и снова магистр. Кто ж его знает — какие мысли у нее в голове бродят? Кроме того, мы все, включая Полину, приложили кучу сил, чтобы отправить магистра школы огня Стерна на казнь в вампирский город Сиут. Аукнуться это могло очень сильно. Может быть, я зря тут появился? И теперь нужно немедленно разворачиваться и бежать очень быстро, очень далеко и не оглядываясь? А может и не стоит. Я чувствовал к Полине какую-то приязнь, и был единственным человеком, который знал тайну ее прошлого, так сказать, из первых уст. Хотя, не исключено, что сейчас Полина сильно жалеет о своей минутной слабости, и тогда… Нет Фламма — нет проблемы. От тягостных раздумий меня избавил служка, который возник передо мной, изобразил на лице любезность и сказал:
– Следуйте за мной, господин Фламм.
Мы прошли той же дорогой и подошли к тому же изумрудно-сине-голубому зданию, которое переливалось в лучах солнца.
— Дальше я знаю.
На этот раз в коридорах было не в пример больше людей. Прям столпотворение какое-то. Они сновали туда-сюда, таская ворохи бумаг, и никто из них не обращал на меня ровным счетом никакого внимания. А, между тем, у меня был меч и он был только у меня. Но это никого не волновало. Если нахожусь тут, то значит так надо. Впрочем, ни колдунов, ни магиков среди них не было. Полина встретила меня на входе в свой зал. Она ничуть не изменилась, разве что стала еще красивее. Хотя, куда уж дальше-то. В ее глазах плясали радостные огоньки. Все мои сомнения растаяли. Ну… не все, может быть, но большинство. Почти все.
Полина крепко обняла меня. Я даже удивился — хрупкой чародейка не выглядела, но и такой силы я в ней не предполагал.
— Питер!!! Чтоб тебя собаки закусали! Ты даже представить себе не можешь, как я рада тебя видеть! Пойдем в зал. Я уже предупредила, чтоб нас не беспокоили. Сейчас только принесут пожрать и выпивку. Ты ж, насколько я помню, вино не пьешь? Я велела принести бренди. Пойдем.
Столовались колдуны, конечно, не так, как солдаты в походе, но далеко и не так, как могли бы. Может, Полина просто сделала исключение для меня. Она знала, что я терпеть не могу все эти вычурные блюда. Мясо, хлеб, зелень, и огромная сковорода жареных грибов. Бренди был крепким и ароматным.
— Рассказывай. Где живешь, чем занимаешься?
— Держу бар с напарником.
— В Ванборо? — Полина хитро улыбнулась.
— Так и думал, что ты навела справки.
— Не думай ничего лишнего, Питер. Я знаю, где живет Альф, знаю, что Алиса постоянно путешествует по Федерации, иногда заезжая к брату на ферму. Просто… вы — то немногое, что еще связывает меня с обычным миром. Не колдовским.
— Я, в общем-то, потому и приехал. Появилась еще пара людей, которые связывают тебя с обычным миром.
— Что? — Полина мгновенно обеспокоилась. — Кто это?
— Да ты их знаешь. Одного зовут Виктором.
Морщинки на лбу чародейки разгладились, из глубины глаз исчезла тревога и отразилась усиленная работа мысли.
— Н-не поняла, — осторожно произнесла она.
— Карелла жив.
Полина, перегнувшись через стол, схватила меня за руку, вцепившись в мою ладонь, как в добычу. Она успела отрастить маникюр, и я был готов спорить, что под ее ногтями из моей руки выступила кровь.
— КАК? Как такое может быть? Ты же говорил…
— Я знаю, что я говорил.
— Он цел?
— Ну, как… Относительно. У него шрам через всю левую щеку. Похоже на сабельный удар, но подробнее я не спрашивал. Наверняка есть еще несколько новых, но заштопанных дырок, но в общем выглядит живым, целым и, как обычно, очень деятельным.
— А Эрлик?
Что-то в ее голосе заставило меня повернуть голову и посмотреть на чародейку. По ее лицу текли слезы, но Полина, похоже, их не замечала. Я не стал акцентировать на этом внимание, и сделал вид, что каждый день вижу плачущих магистров.
— С Эрликом похуже. Я его не видел, но, по словам Виктора, Эрлик ранен и довольно тяжело. Сейчас он, вроде как, в Вейонесе.
— Виктор точно цел?
— Я, знаешь ли, не доктор. Да и медицинский осмотр Виктора не производил. Не те у нас отношения. Поскольку он снова под завязку забит безумными идеями, то думаю, что с ним все в полном порядке.
Полина, не прекращая плакать, улыбнулась. Впрочем, она ведь и не плакала. Просто из нее текли слезы.
— Где он был все это время?
Разговор начинал принимать нежелательный оборот. Я был не уверен, что о фоморской эпопее Карелла стоит и можно хоть кому-нибудь рассказывать. Государство, как правило, не одобряет конкуренцию в грабеже своих поданных. Но… это же была Полина… и она плакала. Ладно. Моя душа и так была черным-черна от грехов. Одним больше — одним меньше.
