— Да нет, не отказываюсь. Просто ситуация мне не нравится. Все выглядит гораздо хуже, чем я себе представлял.
— Воображение значит у вас слабое. Займитесь рисованием, или стихосложением. Говорят, развивает.
— Заткнитесь, Виктор. Тут у нас другая проблема. Пока я на базу смотрел, там что-то… не знаю… у меня такое ощущение, что там, внутри что-то произошло.
Карелла прекратил жевать и внимательно посмотрел на меня:
— Что именно?
— Кабы знал. Вы когда внутрь заглядывали, там холодно было?
— Ну-у… холоднее, чем снаружи, но не особо. Снега и инея не было.
— Вот и когда я смотрел — было то же самое. А потом что-то произошло, хотя на самом деле ничего не происходило, и откуда-то стал поступать теплый воздух.
— Горячий?
— Нет, просто теплый. Да и не теплый он вовсе. Обычный. Как на побережье ранней осенью. Просто до этого он был гораздо холоднее, поэтому сразу почувствовалось. Я на всякий случай постарался не дышать и быстро свалил оттуда, но кто его знает… Слышали, что случалось с разорителями эльфьих могил? Может, и тут что-то подобное.
На этот раз Карелла молча гораздо дольше. Наконец он сказал:
— Точно я не уверен, но сдается, что это как раз и хорошо.
— С чего бы?
— Мне пару раз попадались описания такого эффекта. Вроде бы такого. Тогда я ничего не понял… Да и сейчас не понимаю, если уж на то пошло… Это нормальный воздух. Безо всяких магических примочек. Просто… ну, база как-то подстраивается под оптимальную температуру, чтоб на ней было удобно жить.
— Что за бред вы несете? Она что, живая?
— Да нет… вроде бы. Так не только база может. Иногда встречались такие выражения «замороженный объект», «законсервированный объект». Я ж говорю — не понимаю, что это значит. Но кажется, что это относится к базе.
— Да как же! Вы когда-нибудь открытую банку консервов пытались хранить?
— В леднике хранить можно. Потому и «замороженный».
Какой-то смысл в словах Виктора был. Не особо много, но был. Мне в любом случае все это не нравилось. Только деваться все равно было некуда. Назвался груздем — полезай в кузов. А я эту базу сам открыл. Лично.
— Что делать будем?
— Выпью чая, покурю и пойдем посмотрим, какая карта нам выпала. Пока сами не попробуем, не узнаем наверняка…
— Ага. А не боитесь, что потом слишком поздно будет? В смысле, когда уже узнаем…
— Боюсь. А у вас есть лучшие варианты?
— Самым лучшим вариантом было бы никогда не встречать вас. Только полагаю, что это уже невозможно. Допивайте свой чай и пошли.
Через шесть часов мы уселись на те же места. Костер почти потух, так что мне пришлось разжигать его заново и разжигать практически на ощупь. Ужинали в молчании. Когда Карелла допил свою кружку, то закурил и спросил бесцветным тоном:
— И как вам?
— Охренеть.
Такая вот содержательная беседа. И он и я понимали, о чем идет речь. От того, что мы увидели, действительно можно было охренеть. Более того — я охренел. И, заметьте, мы увидели-то меньше половины, того, что там было. В этой скале был вырублен город. Ну, с городом я, может, и переборщил, но переборщил немного. Так… деревня. Правда, большая деревня. У меня даже в голове не помещалось, как можно было просто такую пещеру в скале вырубить! Сколько на это времени надо было потратить! А ее ведь надо было еще обустроить. Мой мозг просто отказывался от попыток понять, как это вообще возможно. Я только сейчас начал смутно понимать то, что Виктор пытался втолковать мне с самого начала. Да для нас гномы, цверги, эльфы, тролли и орки были ближе и понятнее, чем наши предки! И я уже и не уверен был, что тут жили наши предки. И что они строили ЭТО.
С другой стороны — мой отец знал об этом месте. И, наверняка, был здесь. И, скорее всего, знал назначение всех этих штук. Возможно, даже мог ими пользоваться. И он был нормальным… Ну, почти нормальным. Нормальных нет. У каждого в мозгах какая-то своя загогулина имеется. Просто не у всех она сразу видна. Только Блок жил здесь с самого начала. С тех самых пор, когда первые люди только-только начали осваивать просторы Лимбы. Как он там говорил? «…вы бы хоть Лимбу освоили…»? Или как-то вроде того. И он был все-таки немного разведчиком. За ним охотились все. Волей-неволей он должен был маскироваться, прикидываться таким же. А когда прикидываешься столько времени, то понемногу начинаешь изменяться и превращаться в такого же, как все, обычного. Обычным Блок не стал, но измениться должен был. Насколько — не знаю. Понять просто не могу. Сравнивать не с чем. Я ведь даже понятия не имею, каким он был вначале.
