— Я бы так не сказал, — хмуро отозвался Кирилл и сел. — Прикондехала наконец! А почему так долго кулемалась? Выкладывай подробности!
— Как ты приветливо и ласково меня встречаешь! Прямо позавидуешь самой себе! — не осталась в долгу Лёка. — А быстро только кошки родятся! Приди в себя и скоренько переведи мне все по порядку. Что ты без меня абсолютно ничего не можешь, я поняла уже давным-давно. Ни купить, ни сварить, ни родить... Я у тебя вроде шампуня, где два-три в одном. Все включено. Что говорят врачи?
Дольников помрачнел еще больше.
— Неужели тебе это интересно? Тогда слушай... Не находят никаких функциональных нарушений. Все вроде бы в норме, да только сердце болит и колотится, как оголтелое. И отощал, как беженец. В общем, медики исчерпали свои возможности, как всегда...
— Вечно у них все левой ногой через правое ухо! Почему у медицины всю жизнь мало возможностей? Даже у нашей доблестной милиции их значительно больше... — пробурчала Лёка и авторитетно заявила: — Это все нервы! Ты психуешь, не спишь, толком не ешь... Без конца звонишь в Израиль... Ни к чему хорошему это не приведет! И на старуху бывает проруха... Ты должен для себя раз и навсегда определить, чего тебе надобно, старче. Чтобы скукой и дурью впредь не маяться.
Окончательно распоясалась девка, подумал Кирилл. Снова поплыли... И подняли парус... А куда ж нам плыть?.. И кто у нас за рулевого?.. Но взять ее теперь в руки нет никакой возможности... Чересчур звездатая...
Он постарался не обращать внимания на новые девичьи закидоны.
— Меня интересует не мое прошлое и настоящее, а исключительно будущее. Наше общее. Что ты о нем думаешь? Поделись деталями... Положительными и отрицательными.
Лёка молчала. Гадкий вопрос... Но на него надо найти точный ответ...
— В последнее время я себе не нравлюсь! — призналась Лёка. — Со мной тоже происходит что-то нехорошее... Возмущенное геомагнитное поле...
— Опять плохо себя зачувствовала? — поинтересовался Дольников. — Или снова красные пришли? Это у вас случается. И чаще, чем мечталось. Галина тоже всегда такая же дурная в критические дни. Я тут как-то сильно припозднился, а она мне без конца названивает: когда придешь да когда придешь?! Видно, вновь надумала ревновать. Я ей объясняю, что вот, мол, сейчас весь театр снизу доверху разрисую и приду. Потерпи чуток! Но толку-то с ней на миллиметр! Просто время пришло... И ситуацию не затупить.
— Ты идиот! — объявила Лёка. — И циник!
— Сразу и то и другое? Одномоментно? Забавно! — задумался вслух Кирилл. — Нет, козюлька моя, так не бывает: или — или. Чтоб ты знала! Идиотов циников я еще не видал. До сих пор с собаками ищут.
— Ну, значит, мне повезло! — заявила Лёка. — И лишь я одна встретила именно такого. Редкий случай.
— Да, я — большая редкость, — охотно согласился Дольников. — Но здесь об этом знают все, кроме тебя, которая, по младости лет, столько времени тетехалась и лишь сегодня пришла к этому удивительному и замечательному открытию. Как известно, лучше поздно... Так что же все-таки происходит? Как прошли концерты? Небось в залах от аплодисментов валились потолки на головы зрителей?
— Не твое дело! — взорвалась Лёка.
— А чье же? — удивился Кирилл. — Конечно, в мои функции знание твоего личного графика не входит, но хотелось бы постичь некоторые отдельные нюансы твоего бытия...
— Отдельные нюансы бытия к вашим услугам, командир! Солнце встает на востоке и заходит на западе, — объяснила стервозная великая певица. — Но можно и наоборот. Если прикажет родная страна! И ты все это знаешь лучше меня в семьдесят восемь раз!
— В семьдесят девять! — уточнил Дольников. — Ответь мне на один вопрос, только быстро: почему ты со мной?
Лёка молчала.
— Значит, опять будем искать... Снова здорово... И чтобы счет был в нашу пользу... Вся жизнь в поиске... Будь он неладен... — пробормотал Кирилл и поморщился.
— Кир, хватит гнать пургу! Успокойся! — закричала Лёка, напугав мужиков в палате. — Я пока не готова тебе ответить, просто все впитываю как промокашка... Нужно покумекать... Глядишь, набреду на что-нибудь дельное и свеженькое... Учись терпению. Это важно!
Кирилл взглянул на нее мрачно:
— Ты явилась сюда, чтобы поучить меня уму-разуму? Ох, Леля... Это не твоя роль. Тебе лучше петь.
— Что я и делаю с большим успехом! — тотчас похвалилась Лёка.
— Знаю, слышал... — Кирилл смотрел еще угрюмее. — Ты больше не приходи ко мне. Меня послезавтра выписывают. А что тут без толку валяться? Зря меня держать никто не будет... Ни больной, ни здоровый...
Лёка обиделась.
— Может, мне и не звонить тебе больше? — с вызовом спросила она.
— А это как хочешь, — безразлично отозвался Кирилл. — На твое усмотрение... Ты уже стала очень далекая, Лёка... Прости, Леля... Нам надо разбежаться в разные стороны... Пора пришла... Ничего не поделаешь...
— Ты так думаешь? — пробормотала Лёка.
— Не думаю, а знаю! — хмуро заявил Дольников. — И я больше ничего обсуждать с тобой не намерен. И так сказал слишком много. А если ты ничего этого понять не можешь, то и не поймешь, как говорит Чапаиха...
