Дареаля! С какой это стати должен менять свое отношение к палачу? А память то и дело
напоминала картину: серый сырой подвал, боль и голос господина главного дознавателя:
- Признайтесь, Вейран. Признайтесь, и все закончится. Хуже уже не будет.
Солгали вы, герцог. Хуже бывает! Еще и как! Когда ты стоишь у врат пустоты и
понимаешь, что нет шанса вернуться. Когда раз за разом проходишь дверь за дверью, а
свободы все нет. Когда Пустота показывает картины, одна другой хуже. Сколько этих
«когда»? И возвращаться еще больнее, чем оставаться в пустоте.
Я не мог забыть. И хотел бы, но это было выше моих сил. А еще не мог понять, почему
Полли и Фил забыли главное - перед ними палач. Человек, который меня пытал. Который...
Им все равно? Почему им все равно?
Устало отодвинул бумаги. Первоначальный план вырисовался перед глазами. Надо
поспать - за последние сутки я и глаз не сомкнул. Пару часов отдыха - и за дело. Вот
только я едва успел подняться из-за стола, когда прямо на пол передо мной рухнул белый
волк. С его разбитой морды капала кровь, глаза слезились.
- Вилли! - кинулся к нему, мигом забыв о личности его отца. - Волчок, маленький, что
случилось?
Волк только жалобно скулил, и слезы катились из глаз по белой шерсти, окрашиваясь
в алый.
- Тише, тише, - погладил теплую голову. - Оборачивайся обратно, осторожно. Я
здесь, никто тебя не обидит.
Взметнулась волна магии - и на полу остался сжавшийся в комок мальчишка. Он
безнадежно всхлипывал. Руки и лицо покрывали свежие ссадины.
- Ан...ри... - пытался он что-то сказать. - Помоги... прошу...
- Все хорошо, - усадил его радом с собой, попытался оценить, есть ли серьезные
раны.
- Не мне, папе. Он там.
И Вилли махнул рукой в непонятном направлении.
- Что случилось, волчок?
- Меня... По...хи...
И снова разревелся, а я начал понимать.
- Поднимайся, осторожно, - поставил его на ноги. - Слушай сюда, малыш. Сейчас ты
обернешься и проведешь меня через пустоту туда, откуда пришел, а потом так же быстро
вернешься сюда и будешь ждать. Понял?
Вилли кивнул. Обернуться у него получилось только с третьего раза. Я опустил руку
ему на холку и шагнул сквозь пустоту, чтобы минуту спустя очутиться посреди улицы.
Тело Дареаля и склонившихся над ним людей я увидел сразу. Противников было четверо.
Еще трое больше никогда никому не причинят вреда. Вилли глухо заскулил, и я тут же
зажал ему рот. Поздно! Нас услышали.
- Уходи, - шепнул волчонку, он сделал пару шагов назад, а я призвал магию. К демонам
Дареаля, но похищать и мучить ребенка? Горите в бездне!
- Эй, ты еще кто такой? - спросил один из магов. Вооруженных, что было редкостью
- значит, герцога ждали целенаправленно, чтобы убить.
- Я? - усмехнулся в ответ. - Ваша погибель.
Серый туман окутал тело - привычно, легко. Он выстрелил вперед несколькими
жгутами. Мои противники выставили щиты, надеясь, что поможет. Не помогло... Я бил и
бил, пока по щитам не пошли трещины. Пару заклинаний ударили в грудь, но пустота
проглотила их.
- А вот и я! - услышал её сладкий голос. - Давай, мой мальчик, мне так скучно! Бей
их!
- Без тебя разберусь, - прошептал я.
И бил, раз за разом. Удар - и соперник справа взлетел в воздух, перекувыркнулся и
безжизненно упал на мостовую. Еще удар - и двое других одновременно кинулись на
меня, а затем так же слаженно превратились в пепел. Удар! И живых не осталось -
последнего мага поглотила пустота.
- Папа!
Вот непослушный волчонок. Вилли бросился к отцу и замер над ним, раскачиваясь из
стороны в сторону. Я подбежал следом - и понял, что дела плохи. Я насчитал на теле
Дареаля минимум три глубокие раны и с десяток мелких. Он еще дышал, но это была
агония умирающего.
- Беги за Полли и Айшей, - приказал Вилли. - Я тут не помощник.
- Не могу! - заревел мальчишка. - Я умею в пустоте находить только тебя!
Что делать? Что, тьма их всех возьми, мне делать?
- Тише, тише, - подвинул воющего ребенка. - Отойди подальше и не мешай.
Почему? Почему, когда мне нужен свет, его нет? А когда нужна была любая другая
магия, ее тоже не было? Надо попытаться. Я вытянул ладони над хрипящим герцогом.
Пожалуйста, свет. Ну, пожалуйста!
Ничего... Ни крупицы.
- Слышишь меня, Дареаль? - шептал в бессильной злобе, призывая одно светлое
заклинание за другим и ничего не получая взамен. - Я мечтаю, чтобы ты издох. Я тебя
ненавижу! Потому что ты - сволочь и палач. Потому что я никогда не смогу забыть то, что
со мной произошло. Да, хочу водеть тебя мертвым. Но не на глазах твоего сына! Дыши,
чтоб ты провалился в бездну! Дыши!
Мой крик разорвал тишину ночи. Тело свело судорогой, будто выворачивая
наизнанку. Перед глазами заплясали алые звезды. А из ладоней хлынул ослепительно
яркий свет. Такой, что было больно смотреть. Я быстро остановил кровь, опасаясь, что
чудо вот-вот исчезнет. Наложил сверху печати, залечивая наиболее серьезные раны, и
окутал магическим пологом, чтобы не смел умирать. Вот так... Теперь можно немного
отдохнуть.
Поднялся на ноги, шатаясь из стороны в сторону.
- Вилли, - просипел герцог, открывая глаза.
- Папочка! - вскрикнул мальчишка, кидаясь к нему и поливая отца слезами, а Этьен
