- Какую песню ты желаешь услышать, заступник? - сипло выдавил еще не отошедший от испуга певец.
Джайлз едва открыл рот, намереваясь озвучить свой заказ, как вдруг я ощутила острый укол интуиции и попросила, невежливо перебивая чародея:
- Спой нам то, что подсказывает твое сердце!
Джайлз изумленно хлопнут ресницами, но утвердительно кивнул, поддержав мою просьбу.
- Я сам не помню, когда и от кого узнал эту необычную песню, - негромко пробормотал певец, вынимая маленькую гитару из привешенной за спиной сумки. - Я не понимаю, о чем в ней говориться, но сейчас мне почему-то хочется спеть именно ее..., - он немного помолчал, а потом плавно тронул струны своего инструмента, рождая непривычную нашему слуху мелодию - нежную и печальную. После вступительных аккордов, в музыку гармонично вплелся его голос - звонкий, высокий, но при этом невыразимо плачущий и дрожащий, словно исполняющий гимн утерянной любви... Толпа зачарованно замерла, внимая разливающейся над площадью песне...
Я умоляю - промолчи
О том, что с нами не случилось,
От счастья выбросив ключи,
Я отдаюсь судьбе на милость.
Я - не твоя, и ты - не мой,
Чужие мы, и в этом - горе,
Не примет небо нас домой,
Волной холодной смоет море.
Ведь нынче в выборе своем
Мы предпочли пески разлуки,
Остался в сердце ты моем,
А я в твоем - себе на муки.
Меж нами тайны страшной грех,
Что, не сдержавши зова плоти,
Презрели сложности помех -
Соединив сердца в полете.
Так не ропщи в плену оков,
Себя судьбе своей вручи,
Мы много взяли у богов -
От счастья выбросив ключи...
Судя по характеру и стилю текста, эта песня должна была исполняться женщиной, а отнюдь не мужчиной, и волшебным образом передавала ауру невыносимого горя, постигшего героиню оных стихов. Я напряженно вслушивалась в куплеты и мне показалось, будто они предназначены только для меня, но вот увы - я пока не в состоянии постигнуть глубокий смысл, вложенный в их строчки. Но однажды, и в этом я не сомневалась, я все-таки узнаю имя автора этих стихов и непременно разберусь в тайном смысле печальных слов, очевидно - имеющих непосредственное отношение как к моему прошлому, так и к моему будущему... А возможно, я даже сумею частично исправить страшное горе, нанесенное неизвестной мне девушке, столь проникновенно оплакивающей свои безвозвратно ушедшие чувства...
- Приди в себя, Йона! - чародей бережно тронул меня за плечо, вырывая из плена грез. - Ты явно уловила в этой песне нечто больше, чем мы - сумевшие услышать лишь ее красоту и благозвучность. Но признаю, я никогда не встречал более талантливого исполнителя и более душераздирающих стихов...
- Сьерр певец! - из толпы выступил толстый важный господин и вежливо поклонился едва замолкшему исполнителю. - Я придворный капельмейстер . Разрешите мне выразить восторг перед вашим талантом и пригласить вас в королевскую театральную труппу. Там вы сможете добиться несказанного успеха, а так же получите возможность жить в тепле и сытости до конца своих дней!
Толпа одобрительно зааплодировала, осыпая певца комплиментами и медными арани. Джайлз под шумок оттащил меня в соседний переулок и хитро ухмыльнулся:
- Учись уходить вовремя и не оставлять следов. Кажется, мы обеспечили безоблачное будущее для этого бродячего певца, но теперь нам пора подумать и о себе. Взбодрись, эльф, ибо нас ждут лавка старины Иоганна и Звездная башня!
Обещанная мне лавка скромно притулилась в узком переулке, в аккурат между двумя более высокими зданиями, полностью затмевающими ее как яркостью своей облицовки, так и нарочито лезущей в глаза новизной черепичного покрытия крыш. Но ведь хорошее в рекламе не нуждается, а посему - умный владелец любой лавки непременно сделает ставку отнюдь не на крикливый фасад своего торгового здания, а на качество продаваемых им товаров или оказываемых услуг. Видимо, все это в полной мере распространялось и на предприятие старого Иоганна, потому что под ненавязчиво скромными стенами его лавки вовсю бурлила жизнь. Входная дверь то и дело хлопала, впуская покупателей или выпуская их обратно, уже нагруженных объемистыми пакетами из плотной бумаги. Пару раз по ступенькам оной, вроде бы ничем не примечательной лавки поднимались разряженные в пух и прах дворяне, сопровождаемые образцово вышколенными слугами. Очевидно, торговля бывшего придворного портного шла просто блестяще.
- Нам сюда! - Джайлз крепко ухватил меня за рукав и потянул за собой, почти силком затаскивая на крыльцо. Перед самым порогом я сконфузилась до такой степени, что споткнулась и чуть не упала. Мелодично тренькнул привешенный над дверью колокольчик...
