— А чего хочешь ты? — встрепенулась я, ибо моя интуиция подсказывала — сейчас я услышу нечто чрезвычайно важное.
— Мести! — яростно проскрежетал Голос, в коем явственно звучали сейчас звон стали и свист стрел, пронзающих упругий воздух. — Я мечтаю отомстить за моих братьев и сестер, за моих подданных, истребленных армией Джоэла Гордого…
— Король Арцисс, так это вы?! — изумленно выдохнула я, а затем опомнилась — поднялась с земли, с усилием выпрямляя затекшие ноги, и отвесила почтительный поклон. — Сир!
Голос покровительственно хмыкнул:
— Не переусердствуй с раболепием, девочка. Сие не подобает Наследнице трех кланов, да к тому же — моей внучке.
— А почему вы уверены, что я довожусь вам родственницей? — усомнилась я.
— А кто еще способен надеть мою одежду? — вопросом на вопрос ответил король. — Моя кровь, запекшаяся на камзоле, признала твою… И потом, этот стилет, — поток теплого ветерка обвился вокруг моей талии, — он являлся частью единого воинского снаряжения (в комплекте с двумя мечами, куда-то пропавшими после моей смерти) и находился при мне в день последней битвы. Я хотел подарить его Эврелике, но не успел. — Голос погрустнел. — К тому же она ждала ребенка, сына, по заверениям Лаллэдрина. А ты можешь происходить только от него, ведь иначе невозможно соединить кровь всех трех кланов. Полагаю, ты ведаешь о том больше меня.
— Я? Откуда? — Я растерянно пожала плечами. — Я выросла в сиротском приюте и никогда не видела своих родителей.
— М-да! — озадачился король. — Все это в высшей степени непостижимо и загадочно. Вторая половина моей сущности темная. Она состоит из ветра, рожденного в самом сердце Пустоши и каким-то образом вызванного змееликой к стенам Блентайра. Именно она не позволяет мне достичь Запретных гор, окутанных светлой магией, а также попасть на территорию Зачарованного побережья — убежища Полуденных эльфов. Все-таки у них еще сохранились сильные маги. А если вдумчиво подойти к феномену Запретных гор, то…
— Вы считаете, что последние выжившие Полуночные укрылись именно там? — вскрикнула я, боясь обмануться, но с неистовой верой желая положиться на свою маловероятную догадку. — Да?
— Судя по всему, так оно и случилось, — довольно признал король. — Но вот только ума не приложу, как они сумели пройти через ледники, пургу и жгучий мороз.
— Возможно, им помогли Неназываемые? — с замиранием сердца предположила я.
— Творцы? — Голос поскучнел. — О нет, это невозможно!
— Почему? — опешила я.
— Потому что Неназываемые давно покинули наш мир, — скорбно пояснил Арцисс. — Они лежат здесь, на этом кладбище!
Я онемела от изумления…
— Я потратил многие годы, собирая крупинки тщательно спрятанной информации и восстанавливая картину нашего падения, — неторопливо рассказывал Голос, стремясь развеять овладевшие мной сомнения. — Но, увы, так и не узнал всей правды, слишком уж глубоко ее запрятали, превратив в пышную слащаво-лживую сказку. Теперь докапываться до истины предстоит тебе, девочка! Умоляю, отомсти за убитых эльфов!
Я согласно кивнула, глотая злые слезы. Подумать только, мой всесильный предок — великий король, лишенный плоти, разлученный с любимой и обреченный на вечные скитания, — просит сегодня моей помощи!
— Итак, мы были намного сильнее людей, — буднично излагал король. — Мы постигли секреты магии, построили прекрасные города, самым величественным среди которых стал Блентайр, обрели друзей — ниуэ — и полагали, что никто и ничто уже не омрачит дней нашего благоденствия. Но мы оказались слепыми идеалистами. Забыли, что в мире есть существа, которым ничто не доставляет столько удовольствия, как пакость, сделанная кому-то другому. Мы не учли влияния зависти и жадности, довлеющих над человеческой натурой, а потому пали жертвой собственной гордыни и доверчивости. Мы дали приют людям и вечно голодным шавкам — лайил. Мы подарили им знания, новые возможности и красоту наполненного высшим смыслом бытия. Но, к сожалению, лучшее всегда остается врагом хорошего; а посему, получив многое, люди захотели обладать всем. Они возжелали занять наше место. Сильвана любила Адсхорна, но тот оказался чрезмерно вспыльчивым и убил на дуэли младшего брата своей возлюбленной — принца Родрика, оскорбившего его родную сестру, Эврелику. Поединок проходил честно, но силы эльфа и человека оказались неравны. Сильвана похоронила павшего брата, но ее любовь к повелителю Полуденных прошла, превратившись в ненависть. Чародейка, лучшая ученица наших магов, она затаила злобу на клан морских эльфов и поклялась отомстить. Подходящий случай вскоре представился — Джоэл просил руки Эврелики, но получил отказ, ибо Прекрасная выбрала меня. И тогда мирной жизни Блентайра настал конец…
Я трепетно внимала словам короля, прикусив от волнения губу и не решаясь даже дышать, дабы не вспугнуть великую тайну. Вот она — главная трагедия нашего мира, раскрывается передо мной, безусловно тая в себе и путь к спасению всего Лаганахара. Я в этом не сомневалась!
