Надежда ходила по комнате и никак не могла успокоиться. Наконец она погасила свет и легла. Ей хотелось любви, хотелось большого, светлого чувства. За дверью послышались шаги. Надежда замерла. Она знала, что он там, за дверью. «Ну что ждешь? Войди, пожалуйста, войди, прошу тебя», — мысленно молила она, но шаги стихли в другом конце коридора. Ей хотелось вскочить и догнать его, броситься к нему на шею, но она не двинулась с места… «Завтра я вернусь домой. Вадим переедет в Москву и забудет меня. Может, это и лучше, что он не вошел. А что бы было потом?..» — с грустью подумала Надежда.
Теперь борьба с соседкой представлялась Анне игрой в кошки-мышки. Она заранее все обдумала. Нужно только дождаться, когда Надежда вернется домой — уже вторую ночь та отсутствовала. Утром, не выдержав, Анна позвонила Пушкареву.
Лишь только она назвала себя, как тот сразу же ее вспомнил. Анна не хотела по телефону объяснять суть дела, и Пушкарев предложил ей подъехать к нему на работу. Теперь у Анны появилась цель в жизни, с бешеной энергией она начала приводить себя в порядок, собираться, краситься. Задержавшись у зеркала, Анна оглядела себя: «Нет, пятидесяти мне не дашь!» Не зря она три года назад сделала пластическую операцию. Анна очень следила за своей внешностью и выглядела от силы на 35. Здоровье тоже было великолепным, но сейчас Анна не знала, как ей вести себя с Пушкаревым, притворяться инвалидом или нет? Знает ли он о ней что-нибудь? Мужчины не любят больных. «Мы нужны им здоровыми. Я должна его очаровать», — наконец решила она, но все же взяла с собой палку. Палка была с секретом: когда в ней исчезала надобность, она развинчивалась на три части и ее можно было положить в сумку. Эта палка выручала Анну очень часто. Ссутулившись и прихрамывая, женщина вышла на улицу.
Во дворе ее уже ждало такси. Видя, как женщина с трудом переставляет ноги, водитель выскочил ей навстречу, помог сесть в машину. Такси помчалось по улицам, знакомым с детства. Здесь прошли лучшие годы ее жизни, ее юность. Самые светлые воспоминания были связаны с Медицинским институтом. Как весело было тогда!
Машина подъезжала к улице, где была расположена прокуратура. Анна попросила водителя остановиться. Выйдя из машины, она постояла, подождала, когда такси отъедет, потом пошла за угол, сложила палку, убрала ее в сумку и легкой походкой направилась к зданию прокуратуры, где ее ждал Пушкарев.
Она вошла в кабинет. Навстречу поднялся человек, совсем не похожий на того молодого, которого она помнила. Перед ней стоял высокий седой мужчина, немного сутулившийся и полысевший; если бы Анна встретила его на улице, то ни за что бы не узнала. Пушкарев протянул ей обе руки, глядя на нее с восхищением.
— Сколько лет прошло, а ты все не меняешься! Хороша как прежде! — произнес он.
— Да, куда там, столько забот да хлопот, что скоро, кажется, совсем старухой стану, — кокетливо отвечала обманщица.
— Оставайся лучше всегда такой, а проблемы твои мы решим, — засмеялся Пушкарев. — Выкладывай, что там у тебя?
Анна рассказала ему, что квартиру, в которой прошли ее молодые годы, отняла какая-то девица, свалившаяся как снег на голову и охмурившая несчастного больного старика, ее отчима. И непонятно — каким образом он ее прописал.
— Теперь старик умер, а эта девица хозяйничает в моей квартире, — со слезами в голосе закончила Анна. Прокурор слушал ее внимательно, а потом сказал:
— И только-то?
— Да, но для меня это слишком много — потерять квартиру.
— Нет, нет, я не об этом, я имею в виду эту девушку.
— Это разве девушка?! Это змея в человеческом облике! Она любого обойдет, — сокрушалась Анна.
— Но только не меня. Напиши ее данные и адрес, я все выясню и уберем мы ее из квартиры, не беспокойся. А теперь расскажи о себе, — попросил он.
Они проговорили довольно долго. Анна умолчала о своей инвалидности, но пожаловалась на одиночество, стараясь еще более заинтриговать старого знакомого. На прощание он сказал:
— Нам лучше встретиться где-нибудь в другой обстановке.
Анна была очень довольна.
— Конечно, позвони мне, как только все выяснишь. С нетерпением буду ждать, — сказала она и протянула лист, на котором было написано все, что она знала о Надежде, а также их домашний телефон. Анна подала ему руку на прощание и снова повторила:
— Буду ждать.
Она шла по улице и радовалась своему успеху. «С нетерпением буду ждать, но только не тебя, Пушкарев, а то, что ты сделаешь для меня! Кому ты нужен, старый хрыч? На меня еще смотрят такие мужчины… Уж я найду способ, как потом от тебя отделаться».
Полностью погрузившись в свои мысли, Анна забыла об инвалидности. Она шла с высоко поднятой головой, легкой походкой, и многие встречные мужчины провожали ее глазами. А ей предстояла борьба с Надеждой, борьба, которая уже наполовину была выиграна, потому что молодая девица не справится с главным прокурором города Ленинграда.
