В этой комнате был чайный столик, за которым вполне могли расположиться три человека, и девушка второй день обедала в этой прелестной гостиной. Здесь все было так же, как шесть лет назад. Уютная небольшая комната с резными деревянными панелями на стенах, с большим обюссонским ковром нежного абрикосового цвета была обставлена изящной французской мебелью розового дерева с инкрустациями. Это было царство матушки, здесь все напоминало о ней: миниатюрные портреты всех детей Черкасских стояли на бюро, портрет родителей княгини Ольги, висевший над диваном, был окружен акварельными портретами четырех ее сестер. А над камином висел большой портрет самой Ольги Петровны, написанный по заказу князя Николая в Австрии в имении его сестры графини Штройберг, куда родители заезжали во время своего свадебного путешествия. Матушка была изображена сидящей в белом кружевном платье на скамейке около пруда рядом со своей невесткой Елизаветой.
Три окна комнаты образовывали эркер, где стояла уютная оттоманка, и уставшая Елена прилегла на нее, подложив под спину и голову подушки. Девушка уже забыла, какой красивый вид открывается из этих окон. Летом под окном бушевали яркими красками знаменитые цветники Марфино, террасами спускающиеся к пруду, сейчас цветов уже не было, но по-прежнему в гладкой воде пруда отражался дом, и казалось непонятным, где земля, а где — небо. Маша отвлекла княжну, принеся обед, но в это время по подъездной аллее зацокали копыта, французы возвращались сегодня в имение слишком рано.
— Что-то они сегодня рано, — забеспокоилась Елена, — Маша, сходи вниз, постарайся узнать, в чем дело.
Но Маша не успела выйти, как, постучав в дверь, в комнату вошел Арман.
— Добрый день, Элен. Как вы себя сегодня чувствуете? — поинтересовался полковник, его красивое лицо было озабоченным, и княжна сразу поняла, что что-то случилось.
— Спасибо, я думаю, что уже здорова. А что случилось, вы чем-то озабочены?
— Да, завтра на рассвете мы выступаем, армия уже вышла на западное направление, наши задачи здесь выполнены, — Арман помолчал и добавил: — Но я не могу оставить вас тут одну, совершенно без помощи. Москва сожжена, почтовое сообщение не работает, вам некуда ехать, а здесь ваш дядя найдет вас сразу же после нашего отъезда.
— Не нужно так за меня беспокоиться, давайте лучше вместе пообедаем, — предложила Елена.
Она кивнула Маше и велела принести еще один прибор и еду для полковника. Арман молча ходил по комнате, лицо его было мрачнее тучи. Наконец, на что-то решившись, он подошел к девушке, сидевшей на оттоманке в эркере.
— Дорогая Элен, я вижу только один выход, позволяющий сохранить вашу жизнь: выходите за меня замуж. Я обещаю, что брак останется формальным, а когда вы достигнете возраста, необходимого для получения вашего наследства, я расторгну брак, как неосуществленный, и вы будете свободны. — Он тревожно вглядывался в лицо пораженной девушки, но продолжил. — Если до этого времени я погибну, что совсем не исключено, вы унаследуете и мое состояние, а на это у меня есть свои причины. Я не говорил вам, что у меня остался в живых единственный кузен, сын моей тетки, барон де Виларден. Он сейчас в Англии и считается советником графа Прованского, а на самом деле он шпион нашего бывшего министра внешних сношений, причем Талейран ему даже не платит, а просто шантажирует, поскольку собрал все его доносы на моих родственников, когда тот выдавал их властям, чтобы стать единственным наследником богатств нашей семьи. Кузену очень не повезло, что я выжил и считаюсь воспитанником императора. Но если меня убьют, а у меня не будет наследников, он победит, чего бы я очень не хотел. Давайте поможем друг другу.
Маркиз подошел к девушке и взял ее за руку. Елена молчала, глядя в пол.
— Я ведь вам не противен, мне кажется, мы даже подружились, я не буду принуждать вас ни к чему в семейной жизни. Станьте моей женой, прошу вас.
Он опустился перед девушкой на одно колено и поцеловал ей руку.
— Я не могу, — тихо сказала Елена, ее сердце разрывалось от жалости к этому прекрасному благородному человеку, — я помолвлена.
— Вы мне не говорили об этом, а как же ваш жених допустил ту ситуацию, в которую вы попали?
— Он воюет, — пояснила Елена, решив не вдаваться в подробности. Чем меньше Арман будет знать об Александре, тем лучше.
— Значит ситуация остается безвыходной, — констатировал маркиз. Он отошел от девушки и начал снова ходить по комнате, меряя ее шагами. — Я могу увезти вас с собой, но ваша репутация будет навеки погублена, и вы можете потерять жениха. Скажите, у вас действительно нет никаких родственников, хотя бы дальних, которые имеют влияние и смогут вас защитить от вашего дяди?
— У меня в живых остались только тетки, но они замужем в провинции, у них большие семьи, и я не знаю, станут ли их мужья ссориться с князем Василием из-за меня.
Елена совсем не помнила своих теток, и если бы не портреты на стене этой комнаты, даже не представляла бы, как они выглядят.
— Это ваша матушка со своей сестрой? — заинтересовался Арман, подойдя к портрету, висящему над камином.
