Что та имела в виду? Странное поведение мэтра Кросса? Но кроме излишне долгих взглядов он никак не проявлял своей заинтересованности. Шелли даже решила, что тогда, возле лазарета, ей показалось, и преподаватель не на что-то намекал, а просто хотел помочь. А она сама под впечатлением от приснившегося кошмара додумала то, чего не было. Вот только Нейна тогда тоже была там.
Сердце забилось часто-часто. А вдруг Тейлор действительно общается с Аркур? А что, если та рассказала ему про мэтра Кросса? Нет, не могла. Нейна не выглядела ни дружелюбной, ни разговорчивой. Да и Тейлор, если бы хоть на минуту заподозрил опасность для неё — Шелли — немедленно повысил степень контроля. Так случайно ли он встретил Нейну вчера вечером до того, как зашёл к сестре, или что-то узнавал?
— Шелли, ты побледнела. Может, тоже простыла? Я спрашивала, не заснёшь ли ты на медитации? Мне всё время приходится тебя толкать.
Шелли замотала головой. Мысли, разбежавшиеся в разные стороны, не могли прийти к единому знаменателю. Неужели Тейлор был способен выведывать её секреты и просить следить за ней? Везде сопровождать и душить своим контролем мог… Звонок прервал хоровод выводов и привлек внимание к занятию, но до самого вечера Шелли так и не смогла перестать думать, что скрывает брат. И каким образом, он ещё вмешивается в её жизнь.
Как можно было быть таким дураком? И ладно бы Тейлор сам не понимал, что происходит с Нейной, но это было не так. Пусть в рейдах он бывал не так часто, как кадровые военные, но смерти товарищей уже видел. В тринадцать — когда такое произошло первый раз — с ним случилась настоящая истерика. А кровавые сны преследовали ещё полгода. Чего тогда ждать от девчонки, уверенной, что собственными руками убила сокурсника. Естественно, она переживала, и он должен был это предусмотреть, а не спешить с откровениями. Впрочем, что сделано, то сделано. Мэтресса Бринэн заверила, что здоровый сон под восстанавливающими заклинаниями всё поправит. Вины самого Тейлора это не уменьшало, но хотя бы можно было не беспокоиться о последствиях.
Перелистнув очередную страницу инструкции к артефакту, Тейлор отложил её в сторону. Сосредоточиться на словах не получалось, и он посмотрел на улицу, где преподаватели гоняли адептов. Судя по мерцающей на грани видимости иллюзии, там сейчас была тренировка по немагическому бою у третьего курса факультета земли и у пятого курса водников. Впрочем, принципы прямого боя для всех были едины, а вот магического...
Остро захотелось создать огненный шар или закрутить петлю, но он сдержался. Сила жгла ладони, просясь наружу, билась внутри. Тейлор понимал, что это не дар сам по себе бунтует, а лишь проявляются его желания и несогласие с запретом на использование. Хотелось пойти в тренировочный зал и отправить штормовое пламя в ближайшую мишень, наблюдая, как от жара текут контуры иллюзии и потрескивают рассеиватели, впитывая лишнюю мощь. От невозможности сделать это свело скулы. Он чувствовал себя умирающим от жажды, у которого есть целая бочка воды, но взять оттуда можно не больше капли. Наверное, похожим образом чувствуют себя выпивохи, лишённые спиртного. Эта мысль отрезвила, и огонь внутри успокоился. Сжался в маленький шарик, готовый развернуться смертоносным заклинанием, стоило лишь Тейлору этого захотеть. Но контролировать свои желания и эмоции он научился очень рано. И сейчас тем более не мог поддаться случайным порывам. Надо было отвлечься.
Хотелось сходить и проведать Шелли, но браслет показывал, что она на лекции. К тому же за время его отсутствия в академии заклинание-маячок, мигало уверенно зелёным, показывая, что никакой угрозы для сестры не было. Да и вчера вечером она вела себя совершенно нормально. Но он всё равно переживал.
Идти к куратору тоже не хотелось, хотя вестник с просьбой появиться в свободное время призывно мигал в оранжевых линиях браслета. Вопрос об отчислении не поднимался. Согласованная с попечительским советом отсрочка ещё не закончилась, но план обучения окрашивался всё большим количеством пропусков. В прошлые года все незачёты компенсировались победами в межфакультетском турнире, но теперь на это можно было не рассчитывать. Да и не было раньше у него проблем с учёбой, разве что юриспруденция и философия своим многообразием трактовок сбивали с толку, зато все предметы на логику и последовательные расчеты никаких трудностей не вызывали.
В конце концов, он решил сходить в столовую, пока туда не набилось слишком много народа, среди которого обязательно найдётся кто-нибудь, интересующийся его здоровьем. Тейлор поморщился, вспоминая дружеские подколки Фалька. И оскорбительные предположения Брэвика, уступившего ему в прошлогоднем турнире. Брэвика он, конечно, заставил замолчать, пусть и ценой ночёвки в лазарете. Впрочем, об этом не стоило жалеть, ведь тогда там была Нейна.
Нейна была и в столовой. Хмурая, взъерошенная и явно расстроенная. Внутри снова царапнуло чувство вины, и он подошёл спросить, как она. И с удивлением услышал о процедуре контроля.
