— Меня ли ты называешь предателем, ты, ничтожный раб собственных иллюзий?! Здесь нет богохульников, кроме вас самих, и если вы не покинете это место сей же час, то ваши тела навсегда останутся на этой земле! Выбор за вами!
— Горная владычица не смеет указывать путь праведникам! — возмущенно крикнул Изеул, выпучив свой единственный здоровый глаз. — Мы не побоимся выступить даже против твоего заклейменного народа, ибо нас ведет праведная вера! Мы не побоимся тебя, подземная королева!
— Тогда, может быть, ты побоишься меня? — вдруг раздался громкий и полный тайн голос маленькой Нананиль, и Феликс увидел, как та вышла из-за ворот в сопровождении своих охранников. — Две королевы — это не одна, вождь диких людей.
Феликс внимательно посмотрел на низенькую шутиху, которая в этот момент совсем не выглядела такой уж безобидной. В том, как она стояла, в ее голосе и движениях проснулось что-то древнее и грозящее опасностью, наполненное таинственной мудростью.
— Что она имела в виду? — проговорил Феликс, не сводя глаз с еще больше возмущенного Изеула, которого, похоже, испугали слова новой собеседницы.
— Только то, что вы сейчас услышали. — сказала Зено. — Ведь не думали же вы, что у арлекинов лишь одна королева?
— Так это… — начал Феликс, указав пальцем на маленькую фигурку среди рослых охранников.
— Нананиль Звонкая — повелительница рамуа. — просто ответила Зено. — Я и сама, признаться, недавно узнала об этом. Мне почему-то казалось, что она немного иначе выглядит. Все-таки она прапрабабушка королевы Шалунвье, и самая взрослая из всех арлекинов, а тут, получается, какая-то девчушка. Хотя, может быть с возрастом все арлекины теряют в росте и прибавляют в дурости, кто их знает.
— Ты тоже об этом не знал? — обратился Феликс к Синоху. — Ты ведь из этих мест, не так ли?
— Знал. — ответил монах. — Только вот толку говаривать вам про это не имело смысла. У кочевого народа кирэ свои цари, и они не имеют высокомерности в традициях, а поэтому с ними можно говаривать как с обычными людьми.
Пока они беседовали, Изеул все еще молча стоял, и видимо слова Нананиль всерьез встревожили его, поэтому он обдумывал свои дальнейшие действия. Снова посмотрев на Моргайзу, которая одарила его властным и уничижительным взглядом, он повернулся к Нананиль, которая, уперев руки в бока, ждала его решения.
— Те, кто не чтит посланцев Всеблагого Чуда, не достойны его милости! — выкрикнул он. — А посему мы смоем ваши грехи кровью и выжжем святым огнем!
Он выхватил меч, и с задних рядов затрубили рога, кони заржали и ринулись на стены, а вместе с ними в воздух поднялись сотни черных стрел, выпущенных врагом с задних рядов. Феликса охватила волна страха вперемешку с яростью, но не успел он сориентироваться, как вой труб и гул разъяренных голосов перекрыл другой, более мелодичный звук арфы. Горящие стрелы, которые летели на стены деревни, вдруг мигом рухнули вниз, а ряды всадников разом попадали на землю, схватившись за свои уши. В это же время из кустов на них накинулись дикие животные, разрывая и топча их корчащиеся в агонии тела.
Нананиль к этому времени уже отошла за высокие спины ведьм, которые, одновременно издали шипящий боевой клич, и выставив перед собой щиты, ощетинили копья, готовясь встретить новую волну страшных всадников с горящими факелами. Битва началась, и войско Изеула, словно беспощадные волны бушующего моря, накатывало на стены деревни, и каждый раз их теснили выпущенные с высоких насестов исполинские стрелы-копья, которые, порой, пробивали насквозь сразу всадника и его скакуна. Где-то внизу неистово ревел во всю глотку Хольф, рубя топором латников Алгобсиса, а Арель выпускал на волю яркие дуги молний.
Феликс в панике метался из стороны в сторону, не зная куда ему податься, пока откуда-то сбоку не появился отряд пиктов, которые смогли взобраться по незащищенному участку стены. Бой был недолгим, но все равно каждому досталось по противнику, а то и не по одному. Феликс даже опомниться не успел, как Эльзир в его руках разрубил пополам огромного верзилу, словно раскаленный нож масло. Зено ловко расправилась с двумя противниками, метнув в них пузырьки со взрывчатым зельем, а Синох раскроил черепа еще двум дикарям, скинув их тела на головы лезущих снизу врагов.
