— Знаешь, поначалу даже не обратил внимания. Хотя сразу почувствовал, что здесь что-то не на месте, но никак не мог понять, что именно.
Колин понимающе кивнул:
— В этом нет ничего удивительного. В привычной обстановке мы зачастую видим не то, что есть на самом деле, а то, что ожидаем увидеть. Я и вовсе проявил чудеса невнимательности, лишь на второй день обнаружил подмену.
— Подмену? — переспросил я, сбитый с толку. — Значит, это не ты...
— Это Шон умыкнул Диану, — с ухмылкой вставил Бриан. — Последние полгода он клянчил её у отца, а когда обломился получать отказы, взял и стибрил. Сговорился с Пенелопой, она написала мамин портрет, и они вместе совершили кражу. По моим сведениям, пока Шон делал своё чёрное дело, Пенни стояла на стрёме.
Я рассмеялся:
— Однако же!..
Портрет Бренды определённо был создан с целью подмены — написанный в похожей манере, в точно таких же тонах, платье было точно такого же цвета и фасона, как у Дианы, и причёска, и букет васильков в руках... Вместе с тем, это не была копия с лицом Бренды и более светлыми волосами. На портрете была изображена Бренда — такой, какой бы она выглядела в действительности, если бы сделала себе соответствующую причёску, надела такое платье и взяла в руки букет васильков. Бесспорно, подумал я, Пенелопа обладает незаурядным художественным даром. Хотя я мало разбирался в живописи, но готов был поспорить на что угодно, что эта её картина близка к категории шедевра.
— Между прочим, — заметил Колин, — со стороны Шона это был ловкий ход. Негодный мальчишка знал, что у меня язык не повернётся даже отчитать его, не говоря уже о том, чтобы требовать обратно похищенную картину. — И он любовно посмотрел на портрет жены. — Правду сказать, я был близок к тому, чтобы уступить его просьбам. В последнее время Шон меня буквально извёл. Приходит, когда я занят работой, и так вежливо спрашивает: «Дядя, я не помешаю?» — затем устраивается в углу, сидит тихо, смирно, даже не курит, и всё пялится на картину. Когда я, в конце концов, не выдерживаю и прогоняю его, он извиняется и покорно уходит, но спустя несколько часов возвращается. «Ты уже не сердишься, дядя?» — и представление продолжается.
Я закашлялся от разобравшего меня очередного приступа смеха.
— И всё-таки странно, — сказал, прочистив горло. — Почему Шон облюбовал именно этот портрет? Я, конечно, не эксперт, но мне кажется, что портреты Дианы, которые написала Пенелопа, гораздо лучше.
— Это с какой стороны посмотреть, — возразил Бриан. — Все портреты Дианы, которые штампует Пенелопа, страдают однобокостью. На них изображена не женщина как таковая, а мать, в лучшем случае — старшая сестра. Ты, Эрик, этого не замечаешь, потому что видишь в Диане друга, но не женщину. А для Шона это очень важно — видеть на портрете женщину.
Колин хмыкнул, а на его губах заиграла добродушная улыбка:
— Устами младенца глаголет истина. Взрослеешь, сынок.
— Я давно взрослый! — искренне (и совсем по-детски) возмутился Бриан. — Неужели, чтобы убедить тебя в этом, я должен пуститься в загул а-ля Мел?
Колин открыл было рот, чтобы ответить (разумеется, отрицательно), но тут зашелестела, отворяясь, дверь «ниши», и в кабинет впорхнула Дейдра.
— Привет всем! — жизнерадостно заявила она, одарив нас своей лучезарной улыбкой. — Эрик, негодник, ты заставляешь меня гоняться за тобой! Я в Сумерки Дианы — ты в Солнечный Град; я туда — а ты сюда. Но, боюсь, ты пожаловал в Авалон не ради встречи со мной.
Я встал с кресла и подошёл к ней.
— Почему же, сестричка, и ради тебя тоже. Я по тебе соскучился.
По своему обыкновению, Дейдра поцеловала меня в губы. Неожиданно для самого себя, я совсем не по-братски затянул наш поцелуй. Впрочем, длилось это лишь какое-то мгновение и со стороны выглядело совершенно невинно. Колин с Брианом не заметили ничего неладного.
Дейдра поддела свою руку под мой локоть и ласково обратилась к Колину:
— Дядя, ты не злишься, что я так бесцеремонно вторглась?
Колин покачал головой:
— На тебя невозможно злиться, племяшка. Даже если бы ты застала меня с женщиной в... э-э, щекотливой обстановке...
Дейдра звонко рассмеялась:
— В «щекотливой обстановке», как ты выражаешься, тебя можно застать только с Брендой. А мне точно известно, что сейчас она у моего отца. Так что я ничем не рисковала. Ты до скуки верный муж.
— Зато с Мелом тебе не придётся скучать, — ехидно вставил Бриан. — Ему явно не грозит умереть от супружеской верности.
Колин укоризненно посмотрел на своего младшего сына и, видимо, мысленно выбранил его. Дейдра, если и обиделась, то не подала вида.
— Ты говоришь так из зависти, братишка. Признайся, ты был бы не против оказаться на месте Мела, ведь правда?
Щёки Бриана покрылись густым румянцем. Он в смущении опустил глаза, но спустя пару секунд с вызовом глянул на Дейдру и резко выпалил:
— А кто бы не хотел? Назови мне такого дурака.
Колин усмехнулся, Дейдра тоже. А я ободряюще подмигнул Бриану.
— Ладно, — сказала Дейдра. — Не возражаете, если я похищу у вас Эрика? Хочу поболтать с ним, пока Диана занята.
