– Афли живут сложными семьями. В моем Гнезде было пять особей. Я – Третий Птенец. Но мне пришлось покинуть Гнездо. Семья направила меня на учебу в Колумбийский университет. Сейчас мое Гнездо превратилось в четырехугольник. Но Старшие собираются родить еще двоих Птенцов. Мы трехполы. Для сотворения нового Птенца нужны двое Старших и один из Птенцов. Старшие выбирают время, подходящие для оплодотворения, и приступают к акту. А Птенец в момент зачатия присоединяется к ним для передачи Ра, то есть – души, – в голосе гуманоида звучала потусторонняя печаль.
Все потрясенно молчали. Даже я. Одно дело изучать процесс размножения афли на лекции, а другое – слышать рассказ непосредственного участника сложных отношений.
Ксенос закончил свой рассказ с трагическим надрывом:
– После передачи Ра Птенец умирает, но его душа живет в малыше. Мне не повезло, я покинул семью.
– Конечно, не повезло, выучился, человеком стал, и душа при тебе осталась, – не подумав, брякнул Айтвуд.
Все засмеялись.
– Вы не понимаете! Люди – существа плоские, их сознание не развито. Отдать Ра – это великая честь! – воскликнул ксенос.
– Про честь потом расскажешь, – оборвал его Айтвуд. – Специальность у тебя какая?
– Ксеноюрист, ксенопсихолог, ксенолингвист. Консул с полномочиями представительства интересов Всегалактического союза, – холодно ответил гуманоид. – Я не работаю на научной станции, Айтвуд. Меня направило посольство. Уведомление вы получили, но видимо, забыли.
Глен Айтвуд посерел:
– Ты… вы… не серчайте. Устал я возиться с этой царской псиной. Летите, конечно, если хотите.
По лицу и телу Кридеовайна побежали багровые стрелки. Видимо, у расы афли это означало крайнее возмущение.
– Немедленно предоставьте флаер с защитным покрытием, – приказал Кридеовайн. – Мод Станко Ковалевич дал вам правильный совет. Яркая окраска воздушника может привлечь летающих рептилий, пилот будет вынужден резко менять этажи полета. Это ненужные действия.
– Сейчас, сейчас, – испуганно забормотал Айтвуд. – Эй, вы, во флаере, вылезайте! Пилот, как там тебя? Кайл, что ли? Меняй воздушник на «Торнадо»!
Пассажиры посыпались вниз, флаер развернулся и улетел в гараж, обдав нас теплым воздухом. Толпа постепенно рассосалась. Осталась только наша делегация.
Шмуэль с ксеносом Кридеовайном и Фуйиоко завели научную беседу об особенностях полуразумных рас на Негев. Иззи с интересом слушала, но увидев, что я стою в одиночестве, подошла ко мне, присела на корточки и смело протянула палец внутрь клетки с бубри. С отвращением глядя на предложенное, Шмулька презрительно отвернулся.
– Я рада видеть тебя живым и здоровым, малыш. Скоро мы вернем тебя амма ^хозяин (язык коккулюсов)^ и ты снова будешь прыгать за мбембе ^вид маленьких ящериц (язык коккулюсов)^. Только осторожно, не сломай опять лапу, – ласково сказала Иззи.
Шмулька сменил гнев на милость и скосил на девушку любопытный темно-лиловый глаз.
– Мне иногда кажется, что бубри – тоже разумные. Они такие умницы. – Иззи вопросительно посмотрела на меня.
Я немного подумал и ответил:
– Нет, Иззи, ты ошибаешься. Бубри давно прирученные животные. Они живут рядом с коккулюсами века, а может быть, и тысячелетия. Бубри – как собаки, реагируют на знакомые слова. Вот, смотри.
Я просвистел на языке коккулюсов слово «пустыня»:
– Хаамда!
Шмулька подскочил вверх и, жалобно поскуливая, заскреб стенки клетки. Узоры на его шкурке закрутились в клубки, меняя цвет с рыжего до черного.
Мы завороженно смотрели на зверька.
– Он тоскует, – прошептал подошедший Шмуэль. – На лечении его завитки все время были темно-серыми. – Потерпи, мальчик, скоро ты будешь дома, – обратился ученый к бубри.
Из ангара выехал вездеход хищной обтекаемой формы с защитным покрытием, меняющимся в зависимости от окружающей среды. Ксенос присвистнул от восхищения, в точности как человеческий мальчишка:
– Отличная машина! Мощный двигатель, воздушная подушка, мимикрия! Последняя модель концерна Planet Rover – «Торнадо-Спирит».
Я разделил его восторг. Внедорожники «Торнадо-Спирит» – лучшее, что создано для освоения планет. Для стремительной езды модель оснащена бесшумным термоядерным двигателем на лазерном сжатии, наличие антигравитационной подушки позволяет невысоко парить над поверхностью пустыни. Барханы, устья пересохших рек, каньоны – все это не проблема для мощного внедорожника.
Желая похвастаться, пилот сделал защитное покрытие из искусственного полимера прозрачным и показал нам просторное нутро «Торнадо-Спирит!
– Залезайте, чего стоите! – проорал он. – Самый лучший вездеход шеф для вас выделил. Делегации на ней возим. Машина – зверь! А вы собаку царскую перевозите. Провоняете псиной весь салон. Надеюсь, пес не блохастый?
– Пилот Кайл! – резко сказал Кридеовайн. – Советую вам помолчать. Вы наемный работник и будете перевозить того, кого понадобится. Животное – не собака, а любимый бубри царевича Крах’Тарма II.
– Бубри-мубри, подумаешь, – проворчал водитель, – садитесь!
А ксенос – молодец, ловко осаждает разгильдяев с научной станции!
