– Значок, – коротко ответила Мири.
Лектор потрогал маленький голубой значок и задумчиво почесал бритый череп.
– У вас прицеплен значок профессорского клуба. Сейчас не носят такие. Эмблемы и другие опознавательные знаки делают в материализаторе12 вместе с одеждой. Ваш значок эмалевый, ручной работы. Значит, он выдавался узкому кругу лиц. Я решила, что буквы ГАП на страницах раскрытой книги старинного образца означают: Галактическая Ассоциация Профессоров. Я ошиблась?
– Нет, мой юный Шерлок Холмс, – улыбнулся профессор. – Ты очень умна и наблюдательна.
– Шерлок Холмс? – озадаченно спросила Мири. – Кто это?
– Знаменитый сыщик. Потом! – замахал он руками, видя, что мы все полезли в комы. – Потом узнаете. Лекция окончена. До свидания, юные друзья. Надеюсь встретиться с вами вновь. До свидания, княжна Мирослава.
Лектор ушел, а аудитория загудела. Мы переваривали две новости: появление княжны-моди с охранником-андроидом и происхождение надменного Осы.
Все моди втайне считали себя украденными детьми миллионеров или президентов. А Оса уверил всех, что он потерянный сын короля планеты Тай-бо. Дескать, король избавился от одного сына, чтобы не было распрей между принцами-близнецами. И вот, когда оставленный брат умрет, тогда найдут его, Осу, и заберут во дворец. А оказалось, что Оса не принц, а третий отпрыск мусорщика со свалки радиоактивных отходов.
Мири собралась уходить, но Оса перегородил ей дорогу.
– Дрянь! – прошипел он. – Ты живешь в замке со слугами, а мы в общежитии. Но работать ты будешь с нами, и я уверен, что мне представится случай…
Оса замахнулся. Я хотел заслонить девочку, но не успел. Лицо Мири заострилось, в прозрачных глазах зажглись опасные огоньки. Молниеносный выпад ногой – и Оса грохнулся на пол. Специальное покрытие, мягко спружинив, не позволило ему сильно удариться, но он нелепо валялся у наших ног, растопыренный как лягушка.
Мири подошла ко мне и тихо прошептала на ухо, обдав свежим дыханием:
– Спасибо за то, что попробовал защитить меня.
Андроид взял девочку за маленькую ладошку и укоризненно покачал головой:
– Княжна, не покалечьте детей. Молодые люди, я советую вам не трогать княжну Мирославу. Она проходила обучение тайным единоборствам в реконструкции средневековой Японии. Пойдемте, княжна, я отведу вас в общежитие.
Андроид взял девочку за ладошку, и они скрылись.
Так закончилась негласная власть Осы и началась моя дружба с Мири.
Пролетев сквозь защитный купол, флаер приземлился на летном поле центральной вахт-станции – ВС-1. Посадочные площадки для воздушного транспорта делали далеко не на везде. А на просторной территории ВС-1, кроме аэродрома, построили даже интеллектуальный гейм-стадион, хотя вряд ли кто из моди захочет побегать с мячиком. Беготни нам хватает и на работе.
На стадионе стайка подростков играла в муви-футбол. Команды состояли из двух человек: вратарь и нападающий. В отличие от классического футбола, ворота с голкиперами не стояли на месте, а хаотично передвигались по «умному» покрытию стадиона. Дети играли весело, азартно и бестолково: бегали туда-сюда, суетились, дрались, футбольное поле, громко хрюкая, заглатывало потерянный мяч и тут же выплевывало новый снаряд рядом с игроком. Комментировал и одновременно судил игру ИскИн вахт-станции. Если нападающий промахивался или забивал гол в свои ворота, противный голос истошно орал: «Мазила!», а если гол пропускал вратарь, тот же голос возмущался: «Решетка!».
– Решето, – негромко сказала Мири.
– Что ты бормочешь, Альфа-3? – недовольно спросил Оса.
– ИскИн хотел обозвать футболиста – «Решето!», а крикнул – «Решетка!». Современные люди не знают, что означает слово «решето», – непонятно пояснила Мири.
– Что же оно означает? – поинтересовался любопытный Станко.
– Решето – это старинное бытовое приспособление с мелкой сеткой для просеивания муки. Не используется уже несколько тысячелетий. Поэтому в память ИскИн занесли слово «решетка».
– Мири, слово «решетка» мы тоже не знаем, – укоризненно сказала Моника. – Мы обычные моди, не вундеркинды.
– Извините, – покаялась Мири. – «Решетка» – термин в общей алгебре.
– «Решетка» – это обычное металлическое ограждение, – проявил эрудицию Станко.
Оса недовольно хмыкнул, что означало: «Сильно умные».
Подростки заметили нас, побросали мячи и подбежали поближе. Игровой голос тут же просительно заныл: «Куда ушли? Давайте доиграем!», а поле, чавкая, засосало все мячи внутрь и нарисовало на интерактивной поверхности огромную слезу. Детишки с любопытством глазели на нас, приставляли пальцы к голове, кривлялись и корчили обидные рожи, изображая монстров. Обычная реакция на моди, мы давно привыкли. Если взрослые еще как-то пытались изобразить толерантность, то их отпрыски ничего не стеснялись.
– Терпеть не могу детей, – буркнул Оса. – Какой кретин объединил под одним защитным куполом вахт-станцию и детский сад?
– Да ладно тебе, – проворковала Моника. – Они милашки. Если бы я не была модом, то родила бы троих малышей.
