Наверное, Гаал уже забыл о нем. Он молча смотрел в безбрежную даль, согнувшись в позе роденовского «Мыслителя», и вся его фигура была неподвижной, словно высеченной из глыбы гранита.
Воронов уже не раз бросал в его сторону косые взгляды, но Гаал делал вид, что не замечает их.
И Воронов, — в который раз! — пытался все заново взвесить и обдумать. Вместе с тем он хорошо понимал, что сейчас, сию минуту, просто не в состоянии обработать и разложить по полочкам полученную информацию, сделав ее собственным достоянием и руководством к действию. Для этого нужно время, и немалое. Однако молчание Гаала было не просто выжидающим — оно было н етерпеливо выжидающим и, следовательно, требовательным.
Наверное, вот так же трудно было когда-то людям привыкать к мысли о том, что не Солнце вращается вокруг Земли (что для всех было «вполне очевидным»), но Земля вокруг Солнца... Теперь ему предлагается не «укрощать» горячую плазму, а всячески оживлять ее, наделяя возможно более высокой организацией, системностью.
Может быть, это было бы очень здорово: а вдруг плазма эта сумеет подняться до высот разума и сознания? Тогда, конечно, она могла бы вести себя достаточно благоразумно, не нуждаясь ни в каких мерах принуждения. Ока занимала бы раз и навсегда отведенное в пространстве место, исправно отдавая в среду избытки своей богатырской энергии, постепенно развиваясь и совершенствуясь, как и подобает всякому разумному и сознательному...
А вдруг где-то здесь — кратчайший путь— к созданию могучего искусственного интеллекта, способного ломать причинно-следственные ряды, заглядывать в будущее? Впрочем, ерунда, конечно, — ни при каких обстоятельствах следствие не может опережать причину!
Последнюю фразу он произнес вслух, и тут только Гаал встрепенулся, заговорил.
— Вы в вашем времени считаете, что следствие афферентно связано с причиной. В действительности же связи гораздо глубже и значительнее: они могут быть и прямыми, эфферентными — на чисто информационном плане, в воображении. Вот здесьто и оказывается возможной чехарда. Вы, скажем, твердо верите, что человечество обязательно придет к высшим фазам коммунистического будущего, — это будет следствием ваших усилий. Но именно безусловная вера в это, знание следствия наделяет вас силой в больших и малых ваших деяниях, заставляя изменять не только мир вокруг себя, но и себя самих! Значит, следствие, которое ждет нас где-то в далеком будущем, оказывается весьма действенной причиной в настоящем. Именно на этом и зиждется органическая связь всех времен, единство прошлого, настоящего и будущего... И еще. Тебе должно быть отлично известно и понятно, что человек, не умеющий видеть будущее или не верящий в будущее, — это никчемный человек. От него не приходится ждать никаких свершений, а круг его забот ограничивается удовлетворением требований базальных инстинктов... Для общества такой человек — это пустоцвет, балласт, в его психике возможны любые патологии, рецидивы. Разумное существо тем разумней и перспективней, чем на большие отрезки времени оно способно проникать, используя увиденное в будущем для действий в настоящем.
— А ваш третий глаз временного видения функционирует именно в этой области?
Гаал посерьезнел.
