– Нет, ни в коем случае! – перебил меня Габов. – Вокруг тебя выстраивают тройное кольцо безоружных оперов, специально подобранных, чтобы физические качества были посредственными. Скажешь тоже – с автоматами. Если чужой вселится в тело автоматчика, он такую кровавую баню устроит…
Действительно. Пора привыкать к тому, что Сеть меняет взгляды на войну и охрану самым кардинальным образом. Но как же это трудно! Наверное, так же сложно было солдатам Позднего Средневековья отучиться маршировать плотным строем под пулями.
– Короче, вокруг меня будет охрана, – продолжал я. – Потом придет медсестра, специально подобранная, надо полагать…
– Обычная медсестра придет, – снова прервал меня Габов. – Не забывай, самые важные функции узла у нас по-прежнему работают. Если будет проникновение, охрана заметит и отреагирует. На всякий случай мы еще установим на месте портативный детектор астральных возмущений, он сразу определит, кого вязать. Придет обычная медсестра и вколет тебе биоблокаду, а через пару дней ты будешь здоров как бык.
– Хорошо, – сказал я. – Готовьте встречу. Габов промычал что-то нечленораздельное, кажется, он не ожидал, что я так быстро соглашусь.
– Готовьте встречу, – повторил я и повесил трубку.
Честно говоря, я и сам не понимаю, почему так легко пошел на условия полковника. Деньги и прочие материальные блага тут ни при чем, хотел бы я легкой жизни – остался бы на Сорэ. Жажда приключений – ближе, но опять не то, потому что, когда хочется приключений, надо отправляться на средневековую планету с миссией бога—просветителя. Забота о благе Родины… да это просто смешно! Кто я такой, чтобы спасать Землю от инопланетян? Манией величия я не страдаю, роль супергероя не для меня.
А потом я понял, почему дал согласие. Потому что Габов показался мне нормальным мужиком, с которым будет приятно поработать в одной команде.
Возвращение состоялось. Сразу стало трудно соображать, тело, которое раньше было в безупречной физической форме, вдруг оказалось больным и разбитым. Боли не чувствовалось, но тяжесть и общее отупение были такими, как будто вчера выпил литр водки. Сильно хотелось воды.
– Готово, – раздался откуда-то сверху незнакомый голос. – Почти угадали. Подвинем?
– Не стоит, – ответил другой голос. – И так не свалится.
– Как знаешь, – сказал первый голос. – Сестру зовем?
– Зовем.
Я так и не открыл глаза, даже тогда, когда в локтевой сгиб вонзилась игла и в вену потек загадочный эликсир биоблокады. Мне не хотелось открывать глаза, это было слишком тяжело и страшно. А еще я боялся увидеть, что укол мне делает та самая медсестра.
Я проснулся бодрым, здоровым и веселым. Так редко бывает, я сова – обычно мне требуется несколько минут, чтобы прийти в себя после сна и начать адекватно воспринимать реальность. Но сегодняшнее утро стало исключением.
Я открыл глаза, легким движением отбросил одеяло и соскочил с кровати, точнее, попытался соскочить. Во-первых, кровать подо мной была необычная, это была больничная каталка для лежачих больных, с бортиком, чтобы больной не выкатился и не свалился на пол. А во-вторых, из-под правой ключицы торчали две трубки, ведущие к капельницам.
Я прислушался к своим ощущениям. Тело утверждало, что оно абсолютно здорово и никакой необходимости в капельницах нет. Я решил ему поверить.
Выдергивать иглы было больно. Наверное, не стоило этого делать без ведома врачей, но останавливаться уже поздно. Я отбросил одеяло, перевалился через бортик и соскочил – таки на пол.
Посмотрев вниз, я обнаружил, что ноги мои стали заметно худее, а маленький пивной животик исчез без следа и теперь на его месте появилась некрасивая кожная складка. Непонятно, то ли это следствие перенесенной травмы, то ли биоблокада начала приводить тело к идеальному состоянию. Поживем – увидим.
Дверь открылась, в палату вбежала испуганная медсестра, увидев меня, она вскрикнула, как будто увидела привидение или ожившего мертвеца. Несмотря на чрезмерно высокий рост для девушки (не менее 175, а то и все 180) и испуганную мордашку, она была очень мила.
– Немедленно ложитесь в постель! – возмутилась она. – У вас же капельницы оторвутся!
– Уже оторвались, – сообщил я, обаятельно улыбнулся и спросил: – Что вы делаете сегодня вечером?
Медсестра застыла на месте, прикрыв разинутый рот ладошкой. Она тонко хихикнула, я проследил направление ее взгляда и понял, что совершенно голый. Сразу я и не обратил внимания на этот факт, вот что значит долго мотаться вдали от родной планеты. Придется теперь заново привыкать к особенностям жизни на Земле.
– Извините, – сказал я, торопливо заворачиваясь в простыню. – Совсем забыл. Отвык от местных условностей, знаете ли.
Последнюю фразу, пожалуй, говорить не следовало. Что, если она спросит, в каком таком месте я отвык от земных условностей? Не рассказывать же ей про Сеть.
