— Ричард. — Я подбирал слова. — Ты не имеешь никакого понятия о том, куда мы летим! Наша цель сейчас — не Земля. Мы прилетели сюда, чтобы навестить старого друга. Но он погиб, так и не встретившись с нами. А теперь нам нужно двигаться дальше, на самые задворки Фронтира!
— Мы с Рейчел хотим посмотреть на звезды, — твердо сказал Ричард. — Если вы не возьмете нас с собой, то мы угоним челнок!
Черт возьми. Ну что за ребячество?
— Сколько тебе лет, парень? — спросил я.
— Скоро будет девятнадцать. Целых девятнадцать! Понимаете?
Я тяжело вздохнул. В свои девятнадцать я коротал дни в Забвении и даже не помышлял о том, что попаду в космос. Парня можно понять. Но как бы мне ни хотелось помочь ему и его сестре, я просто не смогу это сделать! Мне не удастся протащить их на секретный космолет ПНГК!
— Ты еще слишком молод.
— Значит, не понимаете, — покачал головой Ричард. — Что мне светит здесь? Особенно теперь? Родителей больше нет, мне придется работать в шахтах или на конвейере, а Рейч может стать только официанткой или шлюхой. На образование денег нет. На то, чтобы выбраться отсюда, денег тоже нет! Для того чтобы что-то достичь, надо вкладывать эти чертовы деньги! «Деньги — это чеканная свобода», — говорил Федор Достоевский. Но и она меня устроит! Я даже не знаю, как буду платить за тепло и воду, когда нас эвакуируют.
— Может, тебе просто дать денег? — Я задумался.
Пообещать-то я могу. Мне вот тоже пообещали на Марсе миллионы кредитов. Но когда все это реально окажется в моих руках? И доживу ли я сам до этого светлого дня?
— Вы снова не поняли. — Ричард нервно сцепил пальцы. — В колонии Джейн у нас просто нет шансов чего-то достичь. Я хочу сделать в жизни что-то большое, а не сидеть тут, сводя концы с концами.
— Я подумаю, — хмуро сказал я. — Ничего обещать не могу. Все решает мой друг, я всего лишь сопровождаю его.
— Да? — удивился Ричард. — Мне казалось, что вы — главный!
Я поморщился, но ничего отвечать не стал.
Ричард поднялся.
— Можно еще кое-что спросить?
— Конечно.
— Ничего, если мы с Рейч поедем с вами в одном фургоне?
Наконец-то парень задал простой вопрос.
— Хорошо. — Я, не раздумывая, кивнул. — Буду рад вас видеть.
Ричард серьезно кивнул мне и ушел. Наверное, хочет рассказать новости сестре.
Да что на них всех нашло? Волнуются перед поездкой? Я вспомнил, что хотел сосредоточиться на Мартинес и выяснить правду о ней, но чувство, возникшее при касании чутья в прошлый раз, теперь почему-то бесследно исчезло.
Я выругался и встал с койки, решив проведать Жукова и сержанта. Может, что-нибудь удастся выяснить и без помощи дара. Не одному же Смирнову выуживать информацию! Да и сидеть здесь наедине со своими мыслями мне совершенно не хотелось. Как только я закрывал глаза, передо мной тотчас же возникало лицо умирающей Ирки. Язвы, гной, хриплый кашель и кровь.
А потом в ушах раздавался звук выстрела.
Я прошел через низкое помещение к выходу в коридор и старался не обращать внимания на хмурых людей, лежавших на койках.
Мысли в голове крутились самые разные. То я думал про Ирку, то про землетрясение и эвакуацию, то про войну в ЗЕФ.
Вернусь ли я с Кваарла? И отпустят ли меня, когда все закончится?
Как же плохо, что я больше не могу видеть будущее! Надо попытаться узнать у Смирнова, не билет ли это в один конец. Может быть, я слишком легко ввязался в эту авантюру? Может, не стоило так доверять Руснаку и Иванову?..
По возвращении с планеты овров мне придется решить еще много разных проблем. Если в ЗЕФ будет все так же нестабильно, то, наверное, придется лететь туда. По этому поводу у меня возникали самые противоречивые чувства.
Парадокс! Меня вновь тянет на Землю, но не хочется попадать в Западно-Европейскую Федерацию.
Жукова я встретил в главном зале убежища. Инженер сидел, уставившись в книгу, и что-то жевал.
— Что читаешь? — спросил я у него.
Парень вздрогнул, подскочил на месте и выронил книгу.
— Стругацких читаю, — сказал он, поспешно подбирая небольшой томик. — Послушай, какие верные слова: «Разум есть способность использовать силы окружающего мира без разрушения этого мира».
— Да уж, в разрушении люди всегда были сильны. Выходит, разума у нас нет? — заметил я и, не дожидаясь ответа, сменил тему: — Как у тебя дела?
— Ты просто так интересуешься, или тебе что-то от меня нужно? — настороженно спросил Жуков. — У меня сейчас катастрофически мало времени для всяких словесных фокусов!
Я помолчал, собираясь с мыслями.
— Я хотел просто спросить кое-что про сержанта Мартинес.
— Ну, спрашивай! — пожал плечами Жуков. — Я ее почти не знаю.
— Как давно она появилась на планете?
— Да уже несколько месяцев тут, насколько мне известно, — нахмурился инженер. — Через пару недель, как приехала, пошла в полицию работать. А что такое?
— Все в порядке, — улыбнулся я. — Просто интересуюсь.
— Такие люди, как ты, просто так ничего не делают! Ты что-то почувствовал в ней или почувствовал что-то к ней?
— Просто интересуюсь, — повторил я. — Не надо мне тут всяких намеков!
Похоже, Жуков окончательно уверился в своей теории, а я так ничего и не узнал.