Десятник не соврал, скелетов и впрямь было четыре сотни. И как, интересно, он ухитрился их сосчитать? Проржавевшие латы, потрескавшихся от времени щиты на воинах и кольчуги с прорехами на лучниках. Три правильных квадрата пехоты впереди и сотня стрелков сзади. Осадных орудий нет никаких, — только длинные лестницы, что сжимают в руках стоящие в колоннах латники. На самом деле — лестницы при осадах замков — это несерьёзно. Тут все-таки не средневековая Европа. Там, где каждая прилетевшая снизу стрела несла смерть или увечье, стрелки могли заставить защитников не высовываться из-за стен пока пехота на них не поднимется. Здесь же все иначе — и каждого поднявшегося по лестнице болвана наверху встретят трое и просто не дадут ему выбраться на стену. Это в том случае, если защитников не намного меньше, чем атакующих и по силам и экипировке они примерно равны. Уровень выстроившихся против Дорсы скелетов варьировался от двести восьмидесятого до трёхсотого. Не знаю, что там у них в экипировке и как Система пропустила этих мобов в двести двадцатую локацию, но теперь мне становилась понятна безразличная обреченность на лицах застывших на стенах бойцов. Хотя о чем я говорю? Систему же можно обмануть… Например, вызвав игровыми методами оккупировавшую Эрантию нежить. Вилл, собака! Это будет ещё одним камнем на твою поганую могилу! Я не знаю, может ли она быть у тёмного бога, но даже если нет, — я сам лично тебе её организую! Скелеты — ещё фигня, — от них бы гарнизон отбился, но на правом фланге, положив на плечи странно-искривлённые косы, черными провалами капюшонов в сторону укрепления уставились сто девяносто шесть триста двадцатых умертвий. Твари правильным квадратом висят в полуметре от земли, и во все стороны под ними растекается угольно-чёрное пятно. Три чудовища, которых Кан назвал '«зверушками», словно слизаны с иллюстрированного издания начинающего палеонтолога. Те самые харлоты, которых ученые земли коротко называли Тирэксами. Три гигантские гниющие туши застыли в двадцати метрах перед квадратами латников. Три рейдовых босса — триста пятидесятого — четырёхсотого уровней! Горящие багровым цветом глаза, торчащие из-под сгнившего мяса белые кости — тут от одного запаха-то копыта двинешь легко. Если же взять во внимание их пасти, в каждую из которых я в своей боевой форме легко могу поместиться целиком, то становится неуютно совсем. Хотя до верхнего края стены они, пожалуй, дотянуться не смогут. Так что ерунда, прорвёмся, нам же не привыкать!
— Солдаты! Все те, кто вышел сегодня на стены! — справа сверху раздался отрывистый голос Арвида. Со стены на башню тут можно забраться только «прыжком», поэтому, чтобы контролировать бой, сотнику пришлось спускаться, а затем подниматься заново.
— К нам на помощь пришли наши братья! — разносилось в стоящей над крепостью тишине. — С ними высшая жрица богини Смерти Кильфаты! Для них эта нежить, как пригоршня орехов для оголодавшего за зиму медведя! Наш господин со стрелками и рыцарями будет тут не позже, чем через полчаса! И ударит нежити в тыл! Первый залп стреломётов по харлотам! Дальше без команды по умертвиям! Стрелкам без команды и по готовности! Загоним же нечисть туда, откуда она пришла! И да помогут нам наши боги!
— Я не хочу огорчать тебя, Криан, — в канале группы тихо произнесла Ваесса, — но в этом бою у нас нет ни единого шанса. — Если рахкрасы, которых люди называют харлотами, это обычные тупые убийцы, а сотню скелетов я спокойно развею и сама, то жнецы… их слишком много. Они сейчас как единый организм. Чтобы пробить их ауру, понадобится Хартова прорва стрел. И стрелометы тут, увы, не помогут. Драконов они мгновенно обратят в прах, а я… — дочь некроманта вздохнула и продолжила. — Госпожа молчит, и помощи нам ждать неоткуда. Но я все-таки попробую блокировать их первую атаку. На большее, дар, не рассчитывай…
— Идут! — заорали сразу с нескольких сторон.
— И вряд ли я попаду в чертоги твоего бога, дар, — уже вслух произнесла Ваесса, — поэтому хочу сказать о том, как я благодарна тебе за…
— Замолчи! — тут же рявкнул на нее я. — Мы живы! И подыхать в этой дыре я не намерен.
— Как скажешь, высший, — она пожала плечами и перевела взгляд на наступающее на Дорсу войско.
