— Государство человеческой расы — Эрантия образовалась почти четыре тысячи лет назад, но это совершенно не значит, что людей на Карне до этого не было. Небольшие государства постоянно воевали с орками и между собой. Темные века — как называют те времена летописцы. Слишком мало до нас дошло информации, но одно я знаю точно. Хельстад появился до образования Эрантии. Не знаю, кого конкретно там хоронили до этого, но Эраст Великий — первый император людей, приказал хоронить там всех своих подданных. Почти полторы тысячи лет жрецы Мирта отправляли сюда порталами мертвых и передавали их служителям Госпожи…
— К чему такие сложности? — от удивления я даже забыл прикурить, и моя рука так и застыла в воздухе с вытащенной из костра горящей веткой. — Таскать через всю страну мертвецов?!
— А какой находящийся в здравом уме правитель, будет терпеть на своей территории солдат потенциального противника? — не менее удивленно переспросила меня Ваесса. — Мы и орки своих покойников сжигаем, и на тех кладбищах, что ты видел, захоронен только их прах, который никто и никогда не сможет поднять. У эльфов, насколько мне известно, сам Великий Лес уничтожает любую зашевелившуюся нежить, а дроу и гномы сбрасывают своих мертвых в глубокие шахты. Ты хоть представляешь, сколько за тысячу лет на обыкновенном деревенском погосте может скопиться нежити?
— Ну да — все просто и до смешного логично, — кивнул ей я, а про себя подумал, что некоторым фантастам из той, другой уже жизни, иногда не мешало бы и задумываться над такими вот аспектами.
— Но причина не только в этом. Люди верили, что через Хельстад проходит граница Карна с Серыми Пределами. И душам захороненных здесь легче попадать в чертоги моей госпожи.
— Это действительно так? — тут же уточнила у демонессы внимательно слушавшая ее рассказ Раена.
— Не знаю, — дочь некроманта сделала из кружки глоток и перевела задумчивый взгляд на лежащее в полутора сотнях метрах справа от нас кладбище. — Знаю только, что по размерам Хельстад никак не меньше Калезии и Хантары вместе взятых, а название он получил от спутницы Кильфаты Хель, которая и присматривала тут за порядком.
Ну да, странно было бы не приплести сюда скандинавскую богиню мертвых, — усмехнулся про себя я. Хотя почему странно? Она хоть занималась тут своими прямыми обязанностями, в то время как ее папаша на экранах визоров гоняется за мстителями и, не смотря на всю свою хитрость, отчаянно тупит.
— А почему присматривала? — Риис сделал ударение на последнем слове и с любопытством во взгляде посмотрел на Ваессу. Что, что, — а подобные сказки он мог слушать часами.
— Потому что ее больше нет, — демонесса глубоко затянулась и выпустила сквозь зубы дым. — Три с половиной тысячи лет назад на территории Хельстада был основан Ан Клауд — единственный на Карне университет темной магии и некромантии. И даже когда Даркан раздвинул границы окружающих его государств, люди продолжали хоронить тут своих мертвых, а университет обучать последователей Госпожи. Все закончилось во время войны Хаоса. Большая часть выпускников университета погибла в Фертанской долине, сдерживая ударившую в тыл легионам людей армию Сирата, а с остальными внезапно пропала связь. Пропала и Хель… Кто-то из погибших или пропавших тогда, вероятно есть среди нашего народа, но ни отец, ни я, по известным причинам так никого и не нашли.
— И что? Людям сложно было добраться до этого Ан Кулада и узнать, что же там на самом деле произошло?
— Может и добрались, дар, — демонесса пожала плечами и перевела взгляд на пляшущие над дровами языки костра. — Только не все так просто. Хельстад незыблем в своих границах, но внутри он изменяется каждую полночь. Захоронения способны перемещаться на сотни километров. И без Ока Забвения, — амулета созданного мастером Киаретом, основателем Ан Клауда и величайшим некромантом древности, который в те времена выдавался каждому адепту, — ориентироваться в Хельстаде могла только сама Хель. Ни самого Киарета, ни его последователей в Серых Пределах нет, Хель пропала, вынесенные из Хельстада амулеты перестали работать, — Ваесса горько усмехнулась, и перевела на меня взгляд. — Боюсь что о том, что случилось здесь, не знает даже Госпожа. Боги могущественны, но не всесильны и не всеведущи.
— Ты хочешь сказать, — я ткнул большим пальцем правой руки в сторону кладбища, — что когда мы туда пойдем, то не сможем ориентироваться даже по солнцу?
— Ты не понял меня, дар, — со вздохом ответила демонесса. — Ориентироваться мы там сможем, и дней за десять, даже сможем пересечь его целиком. Но найти там что-то конкретное — у нас, увы, не получится. Впрочем, я могу и ошибаться. Все, что я сейчас вам рассказала — узнала от своего отца.
