— Знакомьтесь! — она кивнула на него, — наш младший научный сотрудник, Яр.
— Ян! — представился Ян, протянув руку. — Просто научный сотрудник!
Парень вздрогнул и, сделал шаг назад, но потом совладал с собой и ответил на рукопожатие. Ян подумал, что он, скорее всего, его ровесник, хоть и выглядит младше из-за своего роста — был ниже почти двухметрового его на голову.
— Я Яр! Если есть какие-то предпочтения с оборудованием, реактивами там — это ко мне. Помогу с рабочими вопросами в любое время дня и ночи. Надеюсь, сработаемся.
— Приятно познакомиться, Яр, — улыбнулся Ян, — я рад, что в команде есть мой ровесник, если что — приходи ко мне сегодня в каюту, пообщаемся, можем и в карты поиграть.
— Я подумаю, если время будет. Работы много, сам видишь, вся подготовка к новому полёту на мне, — ответил парень уклончиво и, потеряв к нему всякий интерес, вернулся к работе.
Яну ничего не оставалось, кроме как последовать за Софьей Викторовной вверх по трапу. Внутри «Ладога» представляла собой небольшое помещение с двумя полукруглыми, обтянутыми бархатной тёмно-фиолетовой тканью, диванами в центре и располагавшимися по периметру каютами экипажа, кухней, рубкой, санитарной комнатной и техническим помещением, дверь в которую была подписана перманентным маркером «Кладовка». Стены были окрашены в светло-голубой цвет, на полу — мягкий серый термопластик. Он немного пружинил при каждом шаге и глушил звуки, но был тёплым и довольно приятным для того, чтобы ходить по нему босиком. Двери в кухню и рубку отсутствовали: одна арка открывала вид на два стола и шесть стульев, плиту, холодильник и шкаф — автомат еды, на краю стола стояла чья-то розовая кружка с чаем; вторая — на современный пульт управления кораблём, кресло и мягкий низенький диванчик. У кресла управления стоял пластиковый столик на колесах, на нем, в голубой термочашке, лежал чей-то надкушенный бутерброд.
— Это твоя каюта, — кивнула на одну из дверей Софья Викторовна, — располагайся, через два часа у нас вылет, после совместный ужин, там и познакомишься с остальными членами экипажа. Сейчас у нас действительно много работы. Это все твои вещи?
— Да, — сказал Ян, приподняв в руке небольшой черный чемодан, — у меня мало вещей, так что я готов к старту. В деревню возвращаться я не буду.
— Работа у нас стандартная, — продолжила капитан, — зачистка, фотографирование, видеосъемка, маркировка и протоколирование найденного. Думаю, тебе всё это знакомо, так ведь?
— Да, на практике этим и занимался, — подтвердил Ян, — не переживайте, у меня действительно есть в этом опыт.
— Я не переживаю, — вздохнула Софья Викторовна, — просто команда у нас немного, как бы тебе сказать, специфическая. Возможно, они не понравятся тебе на первый взгляд, но ребята действительно хорошие, никогда не бросят в трудный момент, так что на них можно положиться в любой ситуации. Разве что бывают немного вспыльчивыми, но это можно отнести к издержкам профессии. Так что ты не принимай близко к сердцу, если что-то такое случиться.
— Может, помощь моя в чем-то нужна? — запоздало спохватился Ян. — С оборудованием там, еще что-то? Могу Яру помочь с погрузкой. А то как-то нехорошо получается — вы работаете, а я вещи перебираю да в каюте сижу.
— Нет, нет, отдыхай. А к нему вообще пока лучше не подходи! Всю необходимую информацию я тебе перешлю, ну и сам можешь почитать — о планете много чего написано в интернете. Если что-то нужно — обращайся, я всегда на связи.
— Я понял, спасибо.
— И Ян, — повернулась уже уходившая капитан, — я тебя очень прошу, не принимай быстрых решений, что бы ни случилось.
— Хорошо.