– Надо держаться определенного плана – другого выхода нет. Итак, мы встретились на Берегу Динозавров после твоего второго перехода. Вопрос: каким образом мы оказались в одном и том же месте в одно и то же время?
– Не знаю.
– Мы делаем с причинами и следствиями то, чего ни один котенок не делал с клубком шерсти, Равель.
– А у нас есть выбор? Разве только руки на себя наложить…
– Не говори глупостей. Мы должны делать, что можем. Иными словами, изучить факты и определить следующий шаг.
– Логично… дельная мысль, агент Гейл. С каких только пор логика имеет отношение к программе темпоральной уборки?
– Ну-ну… Кое-что мы все-таки определили, – бегло улыбнулась Мелия, не поддаваясь на провокацию. – Как минимум, надо двигаться дальше, и без промедления.
– Не буду спорить. Остается выбор из двух вариантов. Можно попробовать хронопорт станции…
– И застрять вместе в прошлом – интересно, чьем? Будет только хуже.
– Весьма вероятно. Еще можно перезарядить персональные генераторы хронополя и прыгнуть куда глаза глядят.
– Вот именно. – Мелия задрала подбородок, чтобы я не заметил, как она вздрогнула. До боли знакомый жест, остро напомнивший о другом месте, другом времени – и другой девушке.
Другой?..
– Но есть и третий вариант. Мы его уже пробовали, – напомнила Мелия.
– Это не меняет главного. Не имея пункта назначения, мы провалимся в никуда вместе. Выпадем в свободный полет внутри этого тумана – или хуже.
– По крайней мере… – Мелия прикусила язык. «Мы не расстанемся», – будто даже расслышал я. – По крайней мере, мы не будем сидеть без дела, пока вселенная рушится вокруг нас, – закончила она.
– Ладно, – вздохнул я. – Прошу голосовать!
Мелия долго молчала, глядя куда-то в сторону. Посмотрев мне в глаза, раскрыла рот, заколебалась снова.
– Хронопорт, – сказала она наконец.
– Вместе или по очереди?
– Хронопорт потянет двоих?
– Скорее всего.
– Тогда вместе. Если, конечно, нет веских причин…
– Решительно никаких, Мелия.
– Договорились.
– Отлично. А теперь стоит вернуться к обеду. Кто знает, когда у нас будет случай поесть.
Ну вот, все готово. Остался компактный кратерный бластер из оружейной кладовой… Я прикрепил его ремнями к запястью так, чтобы за манжетой не было видно. Теперь по служебному коридору, в любое время прикрытому от темпоральных возмущений, – в хронопорт. Показания приборов – в норме: готовность к немедленному переходу. При обычных обстоятельствах переход скор и безболезнен: сначала из потока событий- во вневременную среду, потом обратный переход в нужное место, например главный хронопорт Центрального коммутатора. Но что теперь будет с нами, вопрос открытый. Может, назад вдоль моей линии жизни, на борт тонущего галеаса, только вдвоем. Может, гештальт Мелии окажется сильнее, и мы осядем где-то в ее прошлом, усугубляя положение и без того достаточно скверное. Может, выпадем куда-нибудь еще или вовсе никуда…
– Следующая станция – Центральный коммутатор, – объявил я, пропуская Мелию вперед.
Поместиться в тесной кабинке вдвоем оказалось непросто.
– Готова?
Мелия молча кивнула; я нажал кнопку «Пуск».
Нас разнесло на атомы, как полагается.
– А может, и нет, – раздалось хриплое карканье.
Прислушался. Голос вроде мой собственный. Кошмарный сон. Кошмарное похмелье. Кошмарная головная боль.
– Транстемпоральный шок – это общепринятый термин, насколько я понимаю, – раздался голос Лизы где-то рядом.
Вздрогнув, я раскрыл глаза. Раскрыл – громко сказано: с трудом разлепил, щурясь от яркого света. Милое скуластое личико, большие темные глаза, самая очаровательная улыбка на свете – но не Лиза.
– С тобой все в порядке? – спросила Мелия.
– Ничего такого. За месяц в реанимации наверняка поставят на ноги.
Приподнявшись на локте, я огляделся. Просторное помещение, длинное и с высоким потолком, вроде банкетного зала. Темно-серый пол, светло-серые стены, шкалы каких-то приборов рядами чуть не до потолка. В центре – большое кресло перед консолью с батареей мониторов. В дальнем конце – стеклянная стена, за стеклом – ясное небо.
– Где мы?
– Не знаю. Машинный зал какой-то. Ты не видел его раньше?
Если и видел, памяти об этом мне сочли за благо не оставлять. Я покачал головой:
– Давно тут валяюсь?
– Я пришла в себя час назад.
Мне вздумалось тряхнуть головой, чтобы мыслям стало посвободнее; виски затрещали, как под ударом лома.
– Трудное плавание, – пробормотал я, поднимаясь на ноги. Подташнивало и кружилась голова, будто я переел мороженого, катаясь на карусели.
– Я успела присмотреться к приборам. Действительно темпоральная аппаратура, но незнакомая.
Судя по голосу, Мелии это представляется весьма важным. Как бы прочистить мозги?
– Гм, – сказал я.
– Кое-что понятно, но многое ставит в тупик…
– Может, оборудование третьей эры?
– Я бы распознала.
– Ладно, сейчас посмотрим. – Я заковылял к большому креслу, стараясь выглядеть как можно бодрее.
Если Мелия и страдала от последствий перехода, то никак этого не показывала.
Каждая кнопка на консоли имела ярлычок с краткой надписью, например: «M.Ds-H» или «LV3-gn». Молочно-белого стекла экраны мониторов выглядели вполне по-домашнему.
