– Обычные аналого-потенциальные индикаторы, без сомнения, но лишние две батареи органов управления. – Мелия призадумалась. – Стало быть, чувствительность и разрешающая способность аппаратуры выше как минимум на порядок.
– Ты уверена?
– Еще бы.
Длинный палец уверенно коснулся цветных кнопок на консоли. Один из мониторов моргнул и засветился.
– Поле захвата в активной фазе; должно быть, во всяком случае, – объявила Мелия. – А базового отсчета не вижу… С непонятными кнопочками играть не берусь.
– Чувствую себя дурак дураком – никогда не видел ничего подобного. А ты молодец! Что тут еще есть?
– Другие отсеки. – Мелия указала в сторону, противоположную стеклянной стене. – Кладовые, машинное отделение, штабная комната…
– Темпоральная станция – в строгом соответствии с уставом, а?
– Почти.
– Великовата, – согласился я. – Пойдем еще раз посмотрим.
Подсобных помещений и в самом деле оказалось предостаточно. Глаза у меня разбегались, но в тамошнем инвентаре я понимал не больше, чем в египетских иероглифах. В одной комнатке не было ничего, кроме трех высоких зеркал, откуда на нас смотрела пара незнакомцев, выглядевших воистину потерянными. И нигде ни одного человека. Никаких следов бытового беспорядка; здесь никого нет – сколько уже времени?.. Гулкое эхо и мертвое железо.
Шлюз на другом конце зала вывел нас на широкую каменную террасу со знакомым видом: белый песок и море. Изгиб береговой линии ничуть не изменился, только джунгли сделались выше и гуще.
– Старый добрый Берег Динозавров, – вздохнул я. – Время проходит, а он не меняется.
– И немалое время, – согласилась Мелия.
– Ни в каких альтернативных планах я ничего такого не видел. Есть какие-нибудь мысли?
– Не из тех, которые хочется высказывать.
– Отлично тебя понимаю, – кивнул я, придерживая наружную дверь шлюза. – Пойдем обратно? Кстати, не могу обойти молчанием: первый раз в жизни слышу об аналого-потенциальных индикаторах. Это что, новая разновидность овсянки на завтрак?
– АП представляет собой фундамент всей программы темпоральной уборки. – Мелия глянула на меня с подозрением. – Агент Коммутатора не может об этом не знать. – Она сурово нахмурилась.
– Откуда такая уверенность? В институте мне читали про детерминизм, динамику актуализации, уровни заморозки… что еще?
– Ерунда! Фаталистическая теория, давно дискредитированная.
– Не кипятись, мисс Гейл, иначе взорвешься. И не смотри так, будто застала меня у пульта с гранатой. Признаюсь, после вчерашнего соображаю плохо, но и сегодня я тот же милый и обаятельный парень, которого ты выудила из маленького круглого болотца. Я такой же агент Коммутатора, как и ты. Правда, зреет во мне одно грязное подозрение…
– И какое же?
– Мы работаем не совсем на один и тот же Коммутатор.
– Вот еще! Так не бывает. Программа держится исключительно на стабильности базового плана Коммутатора…
– Согласен. Основополагающая концепция. Только это будет не первая концепция, пересмотренная под влиянием накопленного опыта.
– Ты… понимаешь, что из этого следует? – Мелия заметно побледнела.
– Пожалуй. Мы здорово засорили нашу канализацию, девочка моя. То, что мы стоим тут, лицом к лицу, – представители двух взаимоисключающих базовых планов, – значит только одно: дела совсем плохи. Хуже, чем мы думали; хуже, чем это, по моим понятиям, вообще возможно.
Глаза Мелии широко раскрылись; подозрение сменилось ужасом. Я и раньше умел утешить девочку…
– Ничего, еще повоюем, – объявил я бодро. – Мы по-прежнему два подготовленных агента в хорошей форме. Все, что в наших силах… Разве этого мало?
– Не имеет отношения к делу.
– Вот как? А что имеет?
– У нас на руках конкретная задача. С твоих же слов: вписать себя обратно в правильный порядок вещей, удаляя темпоральные аномалии, созданные нами неумышленно.
– Само собой…
– Отлично. И какой же порядок вещей у нас правильный? Мой или твой? Какой континуум мы восстанавливаем: детерминистический или АП?
Бодрый ответ застрял у меня в гортани.
– Решим этот вопрос в рабочем порядке, – предложил я.
– Не понимаю! Каждый шаг мы должны тщательно планировать – начиная прямо сейчас. Возьми хоть это оборудование. – Мелия обвела станцию рукой. – Тут есть вещи, каких я никогда не видела! Сложнее того, с чем приходилось работать. А мы не имеем права ошибаться…
– Кто б спорил. И сначала надо выяснить, зачем здесь все эти хорошенькие кнопочки. Шаг за шагом. Сосредоточимся на настоящем моменте, Мелия; если повезет, решим по дороге философские вопросы.
– Прежде чем работать, надо договориться.
– Я не против…
– Дай слово, что твои действия не нанесут ущерба концепции АП.
– Обещаю всегда советоваться. Что же до фасона той вселенной, которую мы собираемся восстанавливать, – сначала разберемся получше, а потом выберем, хорошо?
– Хорошо, – ответила она после долгой паузы.
– Коль скоро ты знаешь больше меня – можно начать с объяснений.
