— Корабль разрушен, многие погибли. Но несмотря на это, им удалось снова улететь, отделив часть корабля, устранив поломки и забрав с собой все ценное. Вот это работа!
Элвин почти не слышал слов Хилвара. Он смотрел на странный знак, который привел его сюда: на стройную колонну, охваченную горизонтальным кольцом приблизительно на расстоянии одной трети от вершины. Несмотря на то, что знак был чуждым и незнакомым, это молчаливое послание через века вызвало в душе Элвина отклик.
Если бы он захотел потревожить эти камни, то нашел бы наконец ответ по крайней мере на один из вопросов. Но пусть вопрос останется без ответа: кто бы ни были эти существа, они заслужили покой.
Последние слова Элвин прошептал вслух, но Хилвар их не расслышал. Они медленно пошли к кораблю.
— Надеюсь, они добрались домой, — еще раз тихо повторил Элвин.
— Куда теперь? — спросил Хилвар, когда они снова оказались в космосе.
Элвин долго и задумчиво глядел на экран, прежде чем что-нибудь произнести.
— Думаешь, нам следует вернуться? — спросил он.
— Это было бы разумно. Удача не может сопутствовать нам постоянно, и кто знает, какие новые сюрпризы ждут нас на других планетах?
В словах Хилвара звучали здравый смысл и осторожность, а Элвин с недавних пор стал обращать на них больше внимания. Но все же… Проделан такой путь, он ждал этого всю жизнь. Как же можно вернуться, если здесь столько неизведанного?
— С этой минуты мы больше не покинем корабль, — сказал он, — садиться на планеты тоже не станем. Для нашей безопасности этого будет достаточно.
Хилвар пожал плечами, словно снимая с себя всякую ответственность за возможные последствия. Сейчас, когда Элвин начал проявлять некоторую осторожность, ему не хотелось признавать, что он точно так же стремится продолжать поиски, хотя и давным-давно оставил надежду встретить на какой-нибудь из планет разумную жизнь.
Теперь перед ними лежал двойной мир: большая планета со спутником гораздо меньшего размера. Главная планета — полный двойник той второй, на которой они побывали: совершенно так же скрытой под покровом живой зелени. Садиться на нее явно не стоило: нечто подобное они уже видели.
Элвин снизил корабль над поверхностью спутника. Но и без предупреждения защитного механизма корабля они поняли — атмосферы здесь нет. Резкие и четкие тени и полное отсутствие постепенного перехода от ночи к дню. На этой планете он впервые увидел подобие ночи. В том месте, где они сделали первые наблюдения, над горизонтом находилось только одно из самых удаленных солнц. Ландшафт заливал тусклый красный свет, будто все купалось в крови.
Много миль пролетели они над горами, такими же острыми и зубчатыми, как во времена творения. Этот мир никогда не знал изменений и упадка, здесь не бушевали дожди и ветры и ему не требовались ячейки памяти, чтобы сохранить предметы в их первозданном виде.
— Но если нет воздуха — значит, не может быть жизни?.. Или все-таки может?
— Конечно, — ответил Хилвар, когда Элвин вслух задал этот вопрос, — в этой мысли нет ничего абсурдного с биологической точки зрения. Жизнь не зарождается в безвоздушном пространстве, однако может создать формы, способные в нем существовать. Думаю, это происходило миллионы раз там, где когда-то населенная планета теряла свою атмосферу.
— Неужели ты считаешь, что
— Только если это произошло после того, как они стали достаточно разумными, чтобы остановить процесс. Но если атмосфера исчезла, когда они находились в примитивном состоянии, им оставалось или приспособиться, или умереть. А приспособившись — развить очень высокий интеллект. Только так и должно было случиться — стимул уж слишком велик.
“Что касается планеты, — подумал Элвин, — спор чисто теоретический”.
Ничто не указывало на существование здесь жизни, интеллекта или еще чего-то подобного. Но для чего создавали этот мир? Понятно, что вся сложная система Семи Солнц — искусственная, значит и эта планета должна играть определенную роль в общем замысле.
Возможно, она предназначена для украшения, чтобы у гиганта товарища на небе светила луна. Однако и в этом случае ее можно было хоть как-то использовать.
— Посмотри, — воскликнул Хилвар, указывая на экран. — Вон там, направо!
Элвин изменил курс, и ландшафт закачался. Освещенные красным горы расплылись, затем изображение пришло в норму. Прямо под собой, внизу, они увидели признаки жизни: несомненные и в то же время загадочные. Жизнь приняла здесь форму длинного ряда стройных колонн, расположенных на расстоянии сорока метров друг от друга и по семьдесят метров в высоту. Они удалялись в гипнотизирующей взгляд перспективе и исчезали за горизонтом.
Элвин повернул корабль вправо и начал двигаться вдоль ряда колонн, думая об их назначении. Они были совершенно одинаковы, их нескончаемый ряд поднимался на холмы и опускался в долины. Ничто не свидетельствовало о том, что они когда-то что-то поддерживали: гладкие, без отличительных признаков, немного сужающиеся к вершине.
